Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Персоналии
Библиотека об Алешине
* Диссертация
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикації
Владимер Тимофеенко
Города Северного Причерноморья во второй половине XVIII века

Раздел VI
Принципы создания городов

Санитарно-гигиенические требования

Прогресс в социально-общественном развитии и успехи в естествознании к концу XVIII в. обусловили появление достаточно высоких требований к санитарно-гигиеническим условиям жизни в городах. Эти требования частично учитывались в реальной практике, о чем свидетельствует история проектирования и строительства городов на юге Украины и смежных землях.

Еще в XV в. архитектор Л.-Б. Альберта одним из важнейших качеств городской среды считал благоприятный воздушный бассейн16. Медики считали, что большинство болезней в XVIII в. не только происходило от "дурного воздуха" местности, но и переносилось ветром. В связи с этим при выборе места для будущего города отмечались достоинства и недостатки воздушной среды. Этим же вопросам уделялось внимание при развитии существовавших населенных пунктов. Так, в связи с дальнейшим строительством Севастополя вице-адмирал Ф. Ф. Ушаков отмечал вредность воздуха в Килебалке. Наличие "дурного воздуха" в вершинах Южной и Корабельной бухт также подтверждалось одним из ведущих строителей города И. И. Князевым17. По поводу Херсона указывалось, что "испарения болот и островков возле города вредно действовали на здоровье жителей"18. Указывая на многие достоинства молодого города Николаева и импозантность его застройки, П. И. Сумароков не преминул отметить "худой запах, происходящий от топления кизяком и тростником"19.

Значительный интерес в этом отношении представляет история Екатеринослава І. В связи с тем, что грунты местности хорошо впитывали влагу, дренаж отсутствовал, а отметки плато были низкими, уже в первые годы жизни города он затапливался на длительное время. Из-за влажного климата начались массовые болезни20. В 1782 г. город посетил доктор Шенгофель, который, "осмотрев местность, нашел ее вредной для здоровья людей, неудобной и гибельной для благосостояния жителей"21.

Наряду с этим отмечались и достоинства воздушного бассейна края в целом и городов в отдельности. Примером могут быть очерки о некоторых селениях в "Описании городов Азовской губернии"22.

Из-за непосредственного соседства Ближнего Востока, где в XVIII в. свирепствовали различные эпидемии, при строительстве городов в Северном Причерноморье предпринимались некоторые санитарные меры, в частности, карантины. Они представляли собой специально выделенные участки, застроенные соответствующими складскими, жилыми и административно-служебными зданиями, в которых определенное время находились и осматривались приезжие, складировались и "окуривались" привезенные товары и вещи.

Строительство карантинов развернулось во всех приморских городах Крыма. Еще в 80-х годах, в связи с намерением правительства сделать Севастополь активным торговым центром, здесь был создан карантин, для чего выделили особую гавань, получившую название Карантинной. С превращением города в главную базу Черноморского флота карантин был сохранен для военных моряков. В 1793 г. наметилась обширная программа по строительству карантинов в Евпатории, Феодосии и Керчи23. Для проверки товаров, приводившихся из Крыма, карантин и таможенный барьер были созданы в Перекопе. Под руководством инженера Матиаса был оборудован карантин воды в Очаковской крепости24. Строительство карантинов в Одессе, Новых Дубоссарах и Овидиополе велось под непосредственным наблюдением инженера Ф. П. Деволана25. В 80-е годы также были усилены карантины на Азовском побережье, в Таганроге и Ростовской крепости.

Помимо создания комплексов карантинных зданий и приспособления для этих целей строений в существовавших крепостях, предпринимались и другие меры для защиты от инфекционных болезней и эпидемий. Так, территории юродов нередко окружали рвы с соответствующими цепями застав. Тем самым фиксировались границы городов, что имело немалое значение для градостроительного развития населенных мест в будущем. В частности, в 1799 г. но круг жилой зоны Одессы, без учета перспективного развития города, пересекая в различных направлениях запроектированные кварталы, был прорыт ров. Через десятилетие вдоль пего были выстроены оборонительные казармы и тем самым осуществилась лишь часть проекта города26.

Наряду с ограждением города от внешних воздействий принимались некоторые меры к улучшению его внутренней среды. Существенной проблемой являлась очистка жилых территорий от пищевых и других отходов. Из-за отсутствия канализации эти задачи не могли полностью решиться, в связи с чем предпринимались лишь частичные меры. Так, в Николаеве устроили каменную трубу для спуска нечистой воды в Буг, а навоз вывозили из дворов и Привозной площади за город27. Пытались очистить Екатеринослав, Одессу, Севастополь, Херсон, Симферополь и другие города. Но в большинстве случаев распоряжения о поддержании санитарного состояния не выполнялись.

Много внимания уделялось тогда снабжению жителей качественной питьевой водой - в городах рыли колодцы, пытались устраивать водопроводы. В этом отношении интересна история водоснабжения Севастополя: надеялись отыскать древние источники, но неудачно28. Инженер И. И. Князев предложил выполнить водозабор из двух лощин хребта больших гор вдоль Балаклавской дороги и соорудить водопровод из гончарных труб29. За четыре с половиной месяца уложили 2461 трубу на расстояние 351 саженей30. Однако эта работа так и осталась незавершенной. В Симферополе в 1795 г. был исправлен древний подземный водопровод, снабжавший жителей водой из источника в трех верстах от города по Бахчисарайской дороге. Однако вскоре он был испорчен и жители довольствовались водой, привезенной в бочках31. Искусство устройства фонтанов и водопроводов в крымских городах и селениях средневековой эпохи было утрачено. Его неоднократно стремились воскресить, в связи с чем для строительства фонтанов в Николаев, Херсон, Екатеринослав и другие города из Крыма приглашали греков и армян. Но положительных результатов это не дало.

Удовлетворительную для здоровья людей городскую среду намеревались создать не только путем благоустройства территории, но и архитектурно-планировочными средствами - выносом кладбищ, вредных производств за границы города, а лечебных учреждений - на периферию.

Согласно народным традициям, зафиксированным рядом официальных предписаний, кладбища выносились за пределы поселения и устраивались на некотором расстоянии от него, как правило, вдоль второстепенных дорог. И хотя в специальных указах и распоряжениях относительно основания городов Северного Причерноморья на этих вопросах не акцентировалось внимание, изучение планов населенных мест показывает следующее. В Кременчуге кладбище располагалось за р. Кагамлык, к северо-востоку от города, на расстоянии около 300 саженей, в Херсоне - на север от Греческого форштадта вдоль будущей Почтовой улицы, в Елизаветграде - к северо-западу от крепости, в Кладбищенском овраге на правом берегу Ингула, в Одессе - к северу от города, по дороге в Люстдорф32. Кроме христианских кладбищ, на которых хоронили на отдельных участках православных, католиков и лютеран, устраивались особые еврейские и магометанские кладбища.

Таким образом, кладбищенские территории выносились за пределы жилой зоны, чаще всего в северном направлении. Но во многих перспективных проектах кладбища совсем не были показаны, что следует считать одним из недостатков градостроительной теории тех лет. Это имело негативные последствия уже в ближайшем будущем, ибо при территориальном расширении городов кладбища оказывались в самом непосредственном соседстве с жилыми кварталами.

Основание и развитие южных городов совпали по времени с началом развития в России мануфактурного производства. Встала проблема размещения и развития различных производств, обладавших не только существенными потенциальными возможностями в градообразующем отношении, но и некоторой степенью вредности. В связи с этим предприятия выносились на городские окраины, о чем свидетельствует размещение суконной фабрики в Екатеринославе II, канатных производств в Херсоне, Николаеве и Одессе, мастерских в Севастополе. Все это следует считать существенным достижением градостроительной культуры эпохи, так как в будущем создавались возможности для расширения производственных площадей и улучшались санитарные качества жилых территорий города. Впрочем, нельзя забывать, что вынос предприятия на городские окраины имел и социально-классовую подоплеку. Самодержавие и дворянство опасались фабричного пролетариата, о чем свидетельствуют и высказывание Екатерины II, и воспоминания екатерипославских аристократов о рабочих суконной фабрики33.

К границам городов или за их черту выносились также различные вредные производства: бойни, салотопенные, мыловаренные и кожевенные заводы и фабрики. В этом нетрудно убедиться, подробно рассматривая планы Кременчуга, Одессы, Херсона и других городов. Однако удаление их от города было незначительным, вследствие чего при развитии городов эти предприятия нередко оказывались в его пределах.

На окраинах населенных мест вдоль внешних дорог устраивались так называемые Сенные и Конные площади, где велась торговля скотом, сеном, дровами и т. д. Все это диктовалось в нервую очередь санитарными соображениями.

Лечебные заведения (госпитали, больницы, богадельни) обычно располагались на окраинах городов или неподалеку от них, что обусловливалось различными факторами. Как правило, при этих заведениях намечался обширный сад для прогулки выздоравливающих больных, что, естественно, требовало большой территории. Во-вторых, окраины представлялись более спокойными и тихими, чем оживленные центральные районы и торговые центры. И наконец, они были менее плотно заселены, в связи с чем больные доставляли беспокойство меньшему числу жителей. Учитывая все это, в Херсоне, Симферополе, Севастополе и ряде других городов лечебные заведения размещали на окраинах. В Одессе, Ростове, Елизаветграде, Тирасполе военные госпитали обычно находились неподалеку от крепостей и фортификационных сооружений.

Располагаясь среди разреженной и убогой застройки окраин, огромные здания больниц и госпиталей, естественно, создавали важные градоформирующие акценты и своим нередко выразительным архитектурным обликом значительно обогащали панораму города.

В связи с отсутствием лесов и неизведанностью земных недр очень сложной проблемой для проживания в южных городах было отопление жилищ в зимние месяцы. И так как зимы, когда еще не было лесозащитных посадок, часто бывали суровыми и ветреными, жителям приходилось нелегко. Так, в первый год существования Александровской крепости строители вырубили все леса, росшие вдоль рек Сухой Московки и Мокрой Московки34. Для отопления жилых домов использовали в основном речной камыш, тростник и хворост, который в конце лета собирали в степи. Нередко дома обогревались кизяком. Но его было трудно хранить в зимнее время, и он применялся в основном летом для приготовления горячей пищи в печах.

В связи с большой сложностью заготовки отопительных материалов, которых к тому же требовалось значительное количество, возникали трудности их хранения. Особенно ощутимы они были в больших городах, центральные части которых довольно плотно застраивались. Начались поиски выхода из создавшегося положения. Предпринимались разведки недр будущего Донецкого бассейна и там были обнаружены залежи каменного угля, доступного для добычи открытым способом. Но попытки отопления каменным углем, предпринятые в Одессе, Николаеве, Херсоне и других городах, не дали ожидаемых результатов. Безуспешно закончились намерения отапливать города Приднестровья привозным торфом. О сложности проблемы отопления и ее важности свидетельствовало то, что в последней трети XVIII в. были ликвидированы даже предприятия по изготовлению соли в Бахмуте и Славянске, вокруг которых пытались сохранить остатки леса.

Отопление сеном, соломой, хворостом и камышом требовало больших запасов на зиму. Их складирование около домов усиливало опасность пожаров. Примечателен опустошительный пожар в Елизаветграде, во время которого выгорело более половины города35. Особое внимание городам в противопожарном отношении уделялось в 90-е годы. Для предупреждения пожаров принимались различные меры. Так, в Николаеве бурьян и камыш складировали в 600 шагах за городом, а около домов хранили только недельный запас36. С теми же профилактическими целями осматривались трубы печей. Но самой существенной мерой являлось устройство соответствующих интервалов между домами, что, впрочем, в те годы, когда застройка большинства поселений была экстенсивной, особых трудностей не представляло.

Таким образом, санитарному состоянию южных городов в конце XVIII в. уделялось много внимания. И хотя большинство проблем решить не удавалось, причинами чего были техническая неразвитость страны и отсутствие должных средств, но то, что они ставились, было уже немалым достижением. Положительной особенностью градостроительной практики тех лет, которая, к сожалению, через несколько десятилетий была утрачена, явился вынос промышленных производств и вредных предприятий к границам города и за его пределы.

Функциональное зонирование городских территорий. Обогащение форм материального производства, обмена и общественной жизни, которые наблюдались во второй половине XVIII в., обусловили значительное усложнение в функциональной организации городских территорий. Этот процесс в должной степени был осознан, в связи с чем регулировался и направлялся на разных стадиях проектирования и строительства городов. Определяющими моментами в зонировании и районировании городских территорий являлись анализ градообразующей базы и отражение каждого из ее компонентов в структуре города.

Во второй половине XVIII в. значение существенного градообразующего фактора начала приобретать мануфактурная промышленность. Кроме помещичьих фабрик в сельской местности, различные предприятия возникают и развиваются в городах. В условиях военизированного быта, при необходимости содержать весьма значительную армию, появилась настоятельная потребность в суконных, кожевенных и других предприятиях, которые наиболее целесообразно было развивать именно в южных городах. Кроме того, здесь в отличие от других районов Российской империи не было в такой степени развито крепостное право и наличие трудовых ресурсов также способствовало развитию промышленного производства.

Специфичность городов Северного Причерноморья заключалась также в том, что им придавалось значение южного "окна в Европу" и многие из них должны были стать важнейшими центрами транзитной и внешней торговли. В связи с этим в них создавались портовые сооружения, вместительные склады и обширные торговые площади.

Градостроительное наследие города не отличалось должной разработкой принципиальных положений относительно размещения производственных сооружений и их связей с жильем. Нередко производственные здания нанимали лучшую территорию города и отрезали его от реки, примерами чего могут служить Кременчуг, Константиноград или Тор (Славянск). Более органично решалась структура Бахмута, где производство соли сосредоточивалось на небольшом участке под защитой крепости. Здесь же размещались жилые строения - бараки, в которых проживали так называемые работные люди37.

Производственные территории городов тщательно выбирались, и проектам их застройки в конце XVIII в. начали уделять значительное внимание. К проектированию строений суконной и других фабрик в Екатеринославе был привлечен видный петербургский зодчий Ф. И. Волков. В течение многих лет архитекторами и инженерами разрабатывались несколько вариантов планировки адмиралтейства в Херсоне. Проектированием николаевского адмиралтейства и его возведением, помимо инженеров И. И. Князева и Ф. П. Деволана, занимались архитекторы В. В. Ванрезант, П. В. Неелов и др. Аналогичная картина наблюдалась также при возведении одесского порта и складов, севастопольских производственных и складских сооружений, симферопольских зданий и прочих.

Фабрично-заводские территории, как правило, были компактными и размещались на периферии города. Ярким примером тому может быть структура Екатеринослава II. Здесь, за границами жилой территории, па берегу Днепра, по дороге в селение Новые Кайдаки намечался комплекс различных суконных фабрик, который был вскоре частично осуществлен38. Фабрики занимали весьма обширные земельные участки и обладали большими территориальными резервами для своего дальнейшего развития. Большая река и широкая дорога-проспект обусловливали ленточную структуру группировок производственных зданий. В комплексе с ними были запроектированы жилые дома для рабочих и административного персонала. Они разместились с противоположной стороны дороги-проспекта, причем модули кварталов с производственными и жилыми зданиями четко соответствовали друг другу. Таким образом, в Екатеринославе II был создан производственно-жилой комплекс, продольно увязанный с жилой зоной города в целом и имеющий внутренние поперечные связи.

Четкостью и логичностью структурного построения также отличались фабрично-заводские предприятия Херсона, располагавшиеся к северу от Греческого форштадта и вдоль балки в северо-западном направлении. Именно они послужили основной причиной появления и развития в начале уже XIX в. Забалковского форштадта, проекты планировки которого неоднократно предлагались еще в конце XVIII в.

Значение основного центра трудового тяготения в Херсоне имело адмиралтейство со стапелями, расположенными посреди города на прибрежных террасах под защитой крепости. В процессе его проектирования неоднократно пытались увязать в единый комплекс производственные, складские и жилые строения. Тем самым, как бы в ином масштабе развивалась идея, которая некогда была реализована в Бахмуте. Однако в Херсоне участок был незначительным по сравнению с объемом кораблестроительных работ и к тому же отсутствовали возможности для его территориального развития, вытекавшие из оборонных соображений. Это обусловило то, что адмиралтейские рабочие проживали преимущественно на Военном форштадте и частично на Греческом, с которыми адмиралтейство имело четкие продольные пространственные связи.

В Николаеве, как и в Херсоне, главное значение в структуре города получило адмиралтейство. На первых порах планировка городских районов здесь полностью, хотя и в меньшем масштабе, повторила функциональную систему Херсона. Однако быстро нараставшие производственные мощности николаевского адмиралтейства (частично за счет трудовых ресурсов Херсона) обусловили значительное развитие жилых кварталов, которые вскоре окружили лишенное укреплений адмиралтейство со всех сторон. В связи с этим оно утратило возможности своего развития, и складские сооружения начали возводиться на правом берегу Ингула. Вместе с тем по сравнению с Херсоном изменился характер связей производства и жилья. Они приобрели лучеобразные направления. Именно этим и объясняется ориентация ряда слободских улиц. В отличие от Херсона, где адмиралтейство получило статус крепостного сооружения и пространственную изоляцию, в Николаеве сопутствующие промышленные производства (канатное и другие) возникли рядом с адмиралтейством, на том же берегу реки, но несколько выше по ее течению. Тем самым производственный комплекс города становился более концентрированным, а его значение в функциональной организации города еще весомее, что сказалось в ближайшем будущем на росте и планировке района в северо-восточной части города. С большим градостроительным мастерством решились вопросы размещения производственной зоны и ее связи с заселением в Одессе. Здесь ленточная структура порта, разместившегося на прибрежной полосе, сохраняла возможности для будущего территориального развития вдоль города и его предместья Пересыпи. Это линейное направление удачно дополнялось короткими и удобными поперечными связями со складской зоной, которая сосредоточивалась в конце XVIII в. в долине Карантинной балки. Карантинная и Военная балки с их отлогими уклонами служили кратчайшими путями для связи жилья и производства.

Концентрацией различных производств, продуманностью поперечных связей их с жильем отличались производственные и складские территории Севастополя, Овидиополя, Тирасполя и других городов. Весьма интересное решение с точки зрения зонирования территорий предусматривалось для Вознесенска, где наиболее мощный производственно-портовый комплекс концентрировался на берегу Южного Буга и подкреплялся жилым районом. Торгово-складское назначение должны были получить и территории вдоль капала, соединявшего Южный Буг с Мертвыми Водами. И так как здесь намеревались сосредоточить торговлю товарами широкого потребления, то производственная зона дополнялась торговыми площадями.

Вместе с тем не всегда наблюдалась подобная четкость функционального разграничения промышленности и жилья. Так, в Нахичевани в начале 80-х годов насчитывалось девять фабрик и заводов, но территориально они оказались внутри города. Не было четкой пространственной изоляции производственных комплексов и в ряде других случаев.

Характеризуя принципы размещения крупных производственных сооружений и их связи с жильем, следует отметить, что в конце XVIII в. в городах Северного Причерноморья основное значение имели ремесло и мелкая торговля, где сосредоточивалась основная масса самодеятельного населения. Однако зонирование территорий, предназначенных для ремесленников и торговцев, не производилось столь последовательно. Согласно традициям средневековья ремесленники селились компактно, в соответствии с профессиональной принадлежностью, что позднее нашло топонимическое отражение в названиях улиц и переулков. Например, в северо-восточной части Николаева появились улицы Экипажная, Мастерская, Столярная и другие, заселенные ремесленниками соответствующих специальностей, в Одессе - Кузнечная, Дегтярная, Ремесленная и т. д. В связи с бытовавшим в те годы совмещением в одних зданиях производства и жилья, на тех же улицах располагались и мастерские. Купцы и торговцы мелкими товарами соответственно проживали на улицах и в переулках вблизи базарных площадей, что привело уже в начале XIX в. к появлению торговых рядов, специализированных на продаже определенных товаров.

Функциональная чересполосица в размещении ремесла и торговли в основном обусловливалась тем, что ремесленники и мелкие купцы стояли на одной ступени социально-имущественной лестницы в обществе того времени. А социально-классовые проблемы всегда привлекали в градостроительстве особое внимание.

Окраины многих южных городов и местечек населялись рабочим людом, а также жителями, которые либо оставались в сословии государственных крестьян, либо недавно из пего вышли. В их жизни по-прежнему значительную роль играли сельскохозяйственные виды деятельности: огородничество, рыболовство, садоводство, скотоводство и т. д. Именно этим отчасти объясняются крупные размеры кварталов на окраинах городов, застроенных убогими складами и одноэтажными домиками. Последние находились среди огородов и садов.

Важностью сельскохозяйственного производства и промыслов для значительной части городского населения (не только городских низов, но и богатых горожан) собственно и объясняется одно из важнейших юридических положений: помимо территории, занятой существовавшими и проектируемыми кварталами, города владели так называемой дачей - окрестными землями в радиусе от одной до четырех верст. Если жители города много внимания уделяли рыбному промыслу, то соответственно во владение города отводилась часть реки или моря, где промышлять жителям других селений запрещалось. Об экономической важности для городов этих "дач" свидетельствует история существования городов, нередко наполненная различными прошениями и судебными тяжбами из-за попыток некоторых лиц присвоить тот или иной участок земли.

Стремление освободить городское население от негородских видов деятельности было осознано лишь при проектировании Вознесенска. Здесь, на многие десятилетия опережая эпоху, была конкретно выражена градостроительная идея, аналогов которой не могли даже подсказать столицы. Вокруг Вознесенска предполагалось создать мощную пригородную зону с сельскохозяйственным производством, для чего в окрестности города было приказано переселиться огородникам, садоводам, землепашцам из самых различных губерний Российской империи39. Однако эти намерения, так же как и проект города, остались неосуществленными. Идея активной пригородной зоны родилась и частично была осуществлена именно на юге Украины. Здесь при основании новых городов, далеко оторванных от развитых земледельческих районов страны, очень остро встала проблема продовольственного снабжения жителей. В частности, это доставляло немало хлопот при строительстве Херсона. Поэтому в процессе основания Николаева, в кораблестроительном производстве которого были заняты тысячи рабочих различных специальностей, Г. А. Потемкин неоднократно указывал на необходимость основывать и поощрять развитие хуторов и пригородных сел для продовольственного снабжения города40. Возможно, именно по этим соображениям перспективное развитие Николаева предполагалось двумя расходящимися лентами вдоль Южного Буга и Ингула.

В функциональной организации всех городов заметно выделялся общественный центр или пространственно развитая система общегородского и районных центров. По сравнению с предшествовавшей эпохой заметно изменилось содержание центра города. Помимо церквей и соборов, некогда безраздельно господствовавших в городах, основу центра теперь составляли также административные и другие общественные здания, что свидетельствовало об усилении гражданской власти во второй половине XVIII в. В те годы была проведена секуляризация церковных земель, значительно сократилось число монастырей и рядом законоположений усилена зависимость культовых учреждений от светской власти. В частности, это и главная площадь Николаева, где рядом с собором возвышались монументальное здание магистрата и торговые ряды41. В одном из первых проектов Екатеринослава II церковь на главной площади хотя и была задумана "на аршинчик длиннее, чем собор св. Петра в Риме", однако она должна была разместиться на одной из сторон площади, в одном ряду с четырьмя, не менее импозантными зданиями общественного назначения. На главной площади Херсонской крепости, кроме собора, было возведено еще несколько монументальных по размерам и величавых по архитектуре зданий общественного и производственного (арсенал) назначения. По тем же причинам часто употреблялся прием рассредоточения общегородского центра. Соборная площадь и площадь с общественными зданиями, типологическая номенклатура которых к тому времени значительно расширилась, располагались в разных районах города (Одесса, Вознесенск, Екатеринослав I, Елизаветград и др.).

Что касается положения общегородского центра, то очень редко можно встретить случаи его размещения в середине города. Оно обычно бытовало в формально решенных, так и не получивших осуществления, проектах Славянска, Донецка и Александрии. В связи с расположением городов на берегах рек или морей, центр города, как правило, смещался к водным акваториям. Кроме того, чтобы подчеркнуть его ведущее значение в жилой зоне, выделить общественные здания из рядовой застройки, общественный центр проектировался и строился на самых возвышенных местах, как бы поднимаясь на пьедестал и господствуя над городом. Помимо одной или нескольких площадей, в структуру общегородского центра включались также связывавшие их улицы и проспекты. Все это значительно расширяло центральную зону и сферу ее влияния, превращало ее из статической в динамическую. В результате, достигая 20 - 30 % суммарной площади города, центр имел большой удельный вес.

Перечень источников:

  1. 16. Альберти Л.-Б. Десять книг о зодчестве. - М., 1935, т. 1, с. 14-23. Вернуться в текст
  2. 17. Иванов П. А. Очерк деятельности иа юге России адмирала графа Н. С. Мордвинова. - ИТУАК, 1895, № 23, с. 65. Вернуться в текст
  3. 18. Записки графа Сегюра о пребывании его в России в царствование Екатерины II (1785-1789). - Спб., 1865, с. 117. Вернуться в текст
  4. 19. Сумароков П. И. Путешествие по всему Крыму и Бессарабии в 1799 г. с историческим и топографическим упоминанием тех мест. - М, 1800, с. 8. Вернуться в текст
  5. 20. Весь Екатеринослав. - Екатеринослав, 1911, с. 71. Вернуться в текст
  6. 21. Владимиров М. М. Первое столетие г. Екатерияослава, 1787-1887. - Екатеринослав, 1887, с. 14. Вернуться в текст
  7. 22. ЛЕУАК, 1904, вып. 1, с. 89-91. Вернуться в текст
  8. 23. НБ ЛИИЖТ, A. VII.32, № 19871. De Wollant F. Precis de mes services en Russie, 1787 a 1811. St.-Petersburg, 1811, л. 4 об., 5. Вернуться в текст
  9. 24. Письма Екатеринославского губернатора В. В. Каховского В. С. Попову для доклада князю П. А. Зубову. - ЗООИД, 1881, т. 12, с. 354. Вернуться в текст
  10. 25. НБ ЛИИЖТ, A.VII.32, № 19871. De WollantI F. Указ. соч. Вернуться в текст
  11. 26. Тимофеенко В. И. Формирование планировочной структуры г. Одессы в конце XVIII и начале XIX веков. - В кн.: Архитектура. Л., 1968, с. 9-10. Вернуться в текст
  12. 27. Иванов П. А. Очерк деятельности..., с. 61. Вернуться в текст
  13. 28. Путешествие по Крыму академика Палласа в 1793 и 1794 годах. - ЗООИД, 1881, т. 12, с. 93. Вернуться в текст
  14. 29. Иванов П. Л. Очерк деятельности..., с. 65. Вернуться в текст
  15. 30. Неделин А. И. Севастополь: Ист. очерк от основания города до начала Крым, войны 1853-1856 гг. - Симферополь, 1954, с. 23. Вернуться в текст
  16. 31. Путешествие по Крыму академика Палласа..., с. 73. Вернуться в текст
  17. 32. Кладбище, существовавшее с первых лет жизни города, показано на плане 1814 года, приведенном в книге: Одесса, 1794-1894: К столетию города. - Одесса, 1895. Вернуться в текст
  18. 33. Екатерина II боялась роста московских фабрик "огромной величины, которые имели безрассудство там устроить и в которых чрезмерное количество рабочих... увеличивает смуты, которым во всякое время подвергался этот город". - См.: Шквариков В. А. Планирониа городов России XVIII и начала XIX века. - М., 1939, с. 68, 70. Вернуться в текст
  19. 34. Новицкий Я. П. История города Александровска в связи с историей возникновения крепостей Днепровской линии, 1770-1806. - Екатерипослав, 1905, с. 11. Вернуться в текст
  20. 35. Пашутин А. П. Исторический очерк г. Елизаветграда. - Елизаветград, 1897, с. 38. Вернуться в текст
  21. 36. Иванов П. А. Очерк деятельности..., с. 61. Вернуться в текст
  22. 37. На производство соли в Бахмуте. как и в Торе, жестоко эксплуатировался труд так начинаемых приписных людей, условия жизни которых были подобны каторжным. В ответ на непосильный труд и угнетения народ отвечал восстаниями, из которых наиболее массовое было возглавлено К. А. Булавиным. Вернуться в текст
  23. 38. История Екатеринославской суконной фабрики рассмотрена в работах Е. И. Дружининой. - См.: Дружинина Е. И. Южная Украина в период кризиса феодализма, 1825- 1860 гг. - М., 1981, с. 98 и др. Вернуться в текст
  24. 39. ПСЗ, т. 23, № 17392. Вернуться в текст
  25. 40. Копия приказания... Фалееву о строениях в городе Николаеве и заведениях в окружноси оннаго... - ЗООИД, 1883, т. 13, с. 184-187. Вернуться в текст
  26. 41. Записка о содержании старых письменных актов Новороссийского края. - ЗООИД, 1850, т. 2, кн. 2. Вернуться в текст

К началу страницы
Оглавление
Принципы создания городов. Использование рельефа  Принципы создания городов. Санитарно-гигиенические требования