Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Градостроительство России середины XIX - начала XX века. Книга II.
Города и новые типы поселении

3 глава. Новые типы noceлений


3.6. ГОРОДА-САДЫ (Кириченко Е.И.)

3.5.4. Город-сад - градостроительная версия модерна

Чрезвычайно важной особенностью градостроительной мысли конца XIX - начала XX века, связанной с понятием "город-сад" и тенденциями, благоприятствовавшими его возникновению, стало кардинальное изменение представления о прекрасном в градостроительном искусстве, красоте города и городского ансамбля. Все наиболее авторитетные авторы трудов о градостроительстве (в их числе Глазырин называет англичанина Адшеда, немца Штюббена, русского Семенова; к ним можно добавить и самого Глазырина) утверждают: чем ближе план города к естественному плану, тем живописнее город [1]. В работах конца XIX - начала XX столетия о градостроительстве понятие живописность приобретает значение качественной оценки и рассматривается как безусловное достоинство.

Вместе с идеей города-сада в эстетику городской среды приходит пейзажный принцип организации пространства. На протяжении XIX века в городской застройке постепенно шло увеличение пейзажного начала. В город приходили архитектурно-градостроительные особенности, первоначально допускавшиеся лишь в загородном усадебном строительстве, в загородных парках. Однако вплоть до рубежа XIX-XX веков сфера влияния загородного усадебного строительства ограничивалась композицией отдельного здания, стилевыми особенностями, не затрагивая базирующихся на принципах регулярности основ градостроительства Нового времени.

В городах-садах новые, первоначально складывавшиеся в низших в градостроительной иерархии жанрах принципы впервые обрели права гражданства. Они стали рассматриваться не просто как альтернативные, равные по значению принципам регулярности, но долженствующие сменить их. Свойственные регулярному градостроительству принципы перспективного планирования развития городов и организации городского пространства, принятые в XVIII-XIX столетиях, уже в 1890-е годы отождествляются с отсутствием того и другого. Позднее, в трудах конца 1900-х и 1910-х годов начинает формироваться негативное отношение к эстетике регулярного города. Присущие его среде особенности ассоциируются с казарменностью, затесненностью, однообразием.

Планы идеальных городов итальянского Возрождения:
Фра Джокондо, Франческо ди Джорджо Мартини, Франческо ди Марки нагорный город Франческо ди Джорджо Мартини, Буонаюто Лорини

Красота регулярного города определялась красотой архитектурно оформленного парадного пространства, организованного фасадами выходящих на красную линию улицы домов. Сложению новой, отмеченной чертами пейзажности градостроительной эстетики сопутствует критика рожденного особенностями организации пространства регулярного города отношения к архитектуре как к красивому фасаду. Оценивая принятое в 1904 году Петербургской городской думой постановление о премировании наиболее красивых фасадов частных домов, гласный этой думы архитектор А.Р. Гешевенд выразил со всей определенностью особенности нарождающейся градостроительной эстетики: "...Забота об украшении одного только лицевого фасада здания неправильна и не достигает цели. Для того чтобы фасады были изящны, они должны соответствовать внутреннему содержанию, должны быть характерны. Архитектурное сооружение как предмет искусства должно быть рассмотрено и обсуждено во всей полноте, а не по одной только наружной оболочке. Это все равно что судить о книге по переплету... Я полагаю, что от появления в разных местах города нескольких декорированных лицевых фасадов общее благоустройство и красота улиц мало что выиграют. Красота города зависит от хорошо распланированных улиц в перемежку с садами, скверами и площадями, с памятниками; от хорошо устроенных мостовых, широких тротуаров и проч. На эту сторону украшения города у нас не обращено пока достаточно внимания" [2]. В новых принципах организации архитектурного пространства поселений, поддержанных открытиями в области стиля и композиции зданий, и состояла пионерская роль городов-садов.

Возникавшие в России на протяжении XIX века новые типы поселений: курортные города, дачные и железнодорожные поселки, фабричные села и заводские поселки, комплексы, создававшиеся в городах товариществами по борьбе с жилищной нуждой, новые города и пригороды больших городов в конце XIX - начале XX столетия проекя тируются по типу городов-садов. Такова ясно прослеживаемая тенденция. Их отличительные особенности: одновременность и единство планировки и застройки, микрорайонный принцип организации среды, свободнад постановка зданий, огромная роль, отводимая зелени и общественным паркам, необязательность или отказ от использования прямоугольной планировки ("шахматной" системы американских квадратов") становятся мерилом качественной оценки. Однотипность, однообразие прямоугольной сетки улиц воспринимаются как некрасивые, неэстетичные, даже уродующие город особенности. Прекрасное, как и в сфере архитектурного стиля, ассоциируется с живописным, разнообразным, соответствующим местным условиям: климату, особенностям природного ландшафта, культурным традициям. Вновь создаваемые города и проекты развития исторических городов воскрешают распространенный в Древней Руси слободской принцип планировки. Подобно древнерусскому и вообще средневековому европейскому городу, новые идеальные города в отличие от сравнительно однородной в пространственном отношении ткани регулярного города мыслятся как система взаимосвязанных и взаимозависимых, но вместе с тем и достаточно автономных образований. Предпочтение отдается диагональной, лучевой радиально-кольцевой системам, соединяющим особенно ценимые в конце XIX - начале XX века качества: рациональность (обеспечивают кратчайшую и удобнейшую связь между районами), позволяют приспособиться к особенностям рельефа, исключают единообразие, сочетают живописность с созданием максимально благоприятных условий доя восприятия уникальных, располагающихся в месте схождения магистралей сооружений.

Планы идеальных городов XIX-XX веков:
Р. Пенбертон. Образцовый город. 1848 год;
Э. Говард. Город-сад. 1898 год;
А.T. Эдвардэ. Образцовый город. 1930 год

Приверженность идее малоэтажной застройки среди предшественников и сторонников городов-садов носит отчасти идеологический характер. В большинстве случаев ей отвечает приверженность идеям мирного пути социальных преобразований. Самый факт малоэтажного строительства на арендуемой обществом земле, введение правил, исключающих возможность появления плотной затесненной застройки многоэтажными зданиями и спекуляции землей, разумная жилищная политика высокий уровень гигиены и комфорта, наконец, нравственно облагораживающее воздействие красоты и выразительности облика новых городов, близости их жителей к природе рассматриваются сторонниками "социализма без политики" как средство социального и морального совершенствования общества.

Победное шествие идеи городов-садов шло параллельно росту жизнестроительных претензий архитектуры и попыток разрешения ее средствами важнейших социальных вопросов. Наряду с попытками построить путем распространения городов-садов справедливое общество создатели их ставили целью духовно-нравственное преображение и совершенствование человека путем создания высокохудожественной среды обитания, слияния искусства и жизни. Неоромантическая по своей природе идея основывалась на необходимости соединения начал, представленных двумя типами поселений: города как воплощения разумно организованной человеком среды обитания и естественности пейзажного усадебного парка. Из их слияния возникла идея города-сада Новый термин, обозначающий новый тип города заключает в себе все аспекты программы нового движения. Это излюбленная эстетикой романтизма и неоромантиками модерна концепция универсализма и представление о единстве как противоречивой целостности противоположных начал. От традиционного исторически сложившегося города город-сад наследует комфорт, интенсивность культурной и общественной жизни. От усадьбы - эстетическое и духовное наслаждение, даваемое жизнью на лоне природы. Но термин "город-сад" самим звучанием термина с типичным для него сочетанием слов содержит жизнестроительную социально-этическую программу, подсознательно улавливаемую каждым. Сад в сознании людей архетипически связывается с райским садом, в данном случае с созданием гармоничной жизни в организованной на началах красоты и рациональности среде.

Город-сад есть не что иное, как градостроительная версия концепции модерна о слиянии искусства и жизни и преобразования жизни средствами искусства Идея города-сада пронизана свойственным модерну панэстетизмом. В ней в полной мере выражена способность модерна превращать заботу о комфорте, об удобствах и гигиеничности в качество эстетическое. Свойственная принципам формообразования модерна органичность оборачивается превращением принципов планировки усадебного парка в универсальный принцип градостроительства. На градостроительном уровне присущая модерну природность (органичность, естественность) проникает во все без исключения типы поселений. Жизнь на природе в приближенных к естественным условиям и обеспеченность городским уровнем благоустройства, здоровье и красота - вот преимущества нового типа поселений, которые отныне рассматриваются как всеобщий, универсальный принцип градообразования.

Всюду и всегда, когда говорится о преимуществах городов-садов как идеальном типе поселений, упоминаются эти достоинства - высокий уровень благоустройства и близость к природе, здоровье и красота. "Движение в пользу городов-садов имеет целью устройство поселений нового типа, соединяющих близость к природе с городским благоустройством, создающих условия для здоровой и красивой жизни" [3]. Эти слова приверженца и активного деятеля движения за города-сады Б.Г. Кнатца почти буквально повторяют сказанное о городах-садах другим видным теоретиком градостроительства дореволюционной России Г.Д. Дубелиром. Подчеркивая, что российские города - уездные и губернские - по земельному простору превосходят западноевропейские и что для реализации идеи городов-садов не требуется их кардинальной ломки, Дубелир пишет: "Нам надо только не упустить то, что есть, и постараться пока не поздно, заменить унылые пустыри благоустроенными зелеными площадями, дающими здоровье и красоту" [4].

Характерно, что приверженцы городов-садов впервые после второй половины XVIII века, когда началась тотальная перепланировка русских городов на началах регулярности, стали уделять специальное внимание планировочному приему, характеру городского плана Как и тогда, это было связано с изменением господствующего планировочного приема, но с заменой его на прямо противоположный, а также с признанием возможности использования в городе живописной планировки, до начала XX века употреблявшейся только в усадьбах и усадебных парках, в парках дачных поселков и в городских общественных парках. Радикальность переориентации и необязательность создания традиционных регулярных планов заставляет приверженцев городов-садов вновь и вновь подчеркивать: "Хорошо выполненный план наполовину гарантирует красоту поселения" [5].

Совершенно романтическим по своему характеру и соответствующим эстетическому идеалу модерна предстает в описаниях городов-садов и реализованное в этом типе поселений, как специфическом произведении градостроительного искусства, представление о красоте. Высшую степень одобрения и меру прекрасного выражают два основных эпитета: разнообразие и живописность. С точки зрения Г.П. Ковалевского, это столь ценимое неоромантиками модерна качество универсально и может употребляться при "постройке малых домов в городах-садах и в многоэтажных домах возможен самый разнообразный излом линии застроения, что по выполнении придает улице живописный вид" [6].

В книге Б.Г. Кнатца эстетике города-сада посвящен специальный раздел. Представление об идеально прекрасном городе-саде иллюстрируется описанием города-сада Хэмпстед в Англии. Кнатц подчеркивает, насколько отличается план этого города от "обычной рациональной сети улиц. Магистральные бульвары Хэмпстеда расходятся под разными углами, пересекаются с ломаными или закругленными линиями других улиц. "Линии застройки Хэмпстеда" отличаются большим разнообразием. "Дома то отступают, то изгибаются, то стоят параллельно к продольной оси улицы, то под углом к ней; в связи с прихотливыми изгибами улиц это дает громадный простор архитектурным формам и помогает избегнуть скучного однообразия прямых линий, которые производят такое мертвящее впечатление в наших городах с их казарменно-вытянутыми в бесконечную линию улицами". В городе-саде Брэнтаме исследователь отмечает "поразительное разнообразие линий застройки... Сочетание изгибов улиц и линий застройки дают чрезвычайно интересные архитектурно-художественные эффекты и делают весь облик Брэнтама красивым и своеобразным". Еще один английский город-сад Харборн, по словам Кнатца, "...великолепно распланирован.. Его улицы изящно изогнуты, его кварталы разнообразны и разумно застроены. Вообще во всей разработке Харборна видна заботливая мысль дать его обитателям не только гигиену и благоустройство, но и красоту" [7].

Описания английских городов-садов, рассматриваемых русскими авторами в качестве образцовых, обнаруживают присутствие в них характерных признаков пейзажных парков загородных усадеб: живописной пространственно-планировочной структуры, живописной многообъемной структуры усадебного дома, благодаря чему здание, само по себе отличающееся разнообразием композиции фасадов, выглядит по-разному в зависимости от точек зрения, разнообразие которых, в свою очередь, возрастает благодаря далекой от элементарности живописной планировке.

Усадебный принцип организации пространства, получивший распространение в пейзажных парках России во второй половине XVIII века, в городах-садах вышел за пределы загородной усадьбы. Однако городом-садом модерна история усадебности в градостроительстве, в том числе и в России, не закончилась. Нельзя не увидеть в этом факте повторения закономерности, уже известной по истории регулярного градостроительства. Регулярному градостроительству, возрожденному в эпоху Ренессанса, была уготована долгая жизнь, не ограниченная конкретно-историческими рамками и культурными смыслами эпохи, его породившей. То же произошло с концепцией усадебности, привнесенной в город и положенной в основу организации городского пространства. В условиях XX века идея свободной застройки, восходящая к идее города-сада, претерпела существенную трансформацию и утратила прямую связь с первоисточником, отчасти еще просматривавшуюся в градостроительстве 1920-1930-х годов. Эта связь угадывается в приемах застройки новых территорий в исторических и при создании новых городов как системы относительно самостоятельных, хотя и связанных с историческим ядром города, поселков-садов (Сокол, Усачевка, Дангауэровка и др. в Москве; новые города Запорожье, Магнитогорск, Новокузнецк). Отдаленная связь с усадьбой угадывается и в распространившемся после Второй мировой войны проектировании городов-спутников. Ни изменение стилистики, ни изменение содержания, ни изменение общей концепции городов за протекшее со времени возникновения идеи города-сада столетие не опровергают главного - становление новой градостроительной, качественно отличной от регулярного градостроительства концепции уходит корнями в усадебное строительство второй половины XVIII - второй трети XIX века. Распространение свободной живописной (пейзажной) планировки парка и принципов усадебности происходит параллельно исчерпанию убеждения во всезначимости классической традиции. Это был длительный процесс постепенного изменения под влиянием усадебности сначала стилистики городских зданий, потом их композиции, наконец, принципов организации городского пространства, изживания регулярности и утверждения принципов естественности и пейзажности в городе, а затем их самостоятельной эволюции на протяжении XX века [8].

Перечень источников:

1. Глазырин В.А. Указ. соч. С. 70. Вернуться в текст
2. С.-Петербургский городской исторический архив, ф. 792, оп. 1, д. 8803. Цит. по: Ружже В.Л. Указ. соч. С. 38-39. Вернуться в текст
3. Кнатц Б.Г. Указ.соч. С. 42. Вернуться в текст
4. Дубелир Г.Д. Предисловие // Ковалевский Г.П. Большой город и города-сады. Киев, 1916. С. 3. Вернуться в текст
5. Ковалевский Г.П. Указ. соч. С. 12. Вернуться в текст
6. Ковалевский Г.П. Указ. соч. С. 151. Вернуться в текст
7. Кнатц Б.Г. Указ. соч. С. 34,37-41. Вернуться в текст
8. См. об этом более подробно: Кириченко Е.И. Усадебное начало в градостроительстве России 1830-1910-х годов // Искусствознание, 1/01. М., 2001. С. 281-309. Вернуться в текст

 

К началу страницы
Содержание
3.6.3. Реализация идеи городов-садов в России