Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Градостроительство России середины XIX - начала XX века. Книга II.
Города и новые типы поселении

3 глава. Новые типы noceлений


3.6. ГОРОДА-САДЫ (Кириченко Е.И.)

3.6.1. Город-сад как социальная копия. Идеи Говарда

Движение за города-сады выросло на основе переосмысления опыта строительства поселков при промышленных предприятиях разного профиля. Наряду с дачными поселками, курортными поселками (курорты-сады), поселками при железнодорожных станциях свою лепту в созревание нового градостроительного принципа и нового типа города внесли сравнительно немногочисленные поселки, создававшиеся при бойнях и водопроводных станциях, больничные и университетско-институтские комплексы. Они легли в основу представления о том, каким должен быть идеальный город. Представление об архитектуре как силе, призванной служить гармонизации социально-экономических процессов, к концу XIX века постепенно укореняется в профессиональном архитектурном и в общественном сознании. Одновременно на периферии архитектурно-градостроительного творчества в ходе строительства фабричных сел складывалась архитектурная система, трактовавшая художественность и содержательность в рамках социально-экономических и утилитарно-производственных понятий и тем самым выдававшая свое утилитарно-производственное и социально ориентированное происхождение. Именно этой системе принадлежало в XX столетии будущее.

Второй аспект, стимулировавший распространение движения за города-сады, связан с осознанием необходимости преодоления рожденных урбанизацией социальных язв большого торгово-промышленного города: жилищную нужду, перенаселенность и антисанитарию дешевых квартир, земельную спекуляцию, вызванную частной собственностью на землю и ее дороговизной, переуплотненность застройки, нерегулируемое чрезмерное разрастание городов. Оба эти аспекта: издержки урбанизации в больших городах и опыт строительства поселков разного типа и промышленных комплексов легли в основу представленной городами-садами архитектурно-градостроительной программы. Однако основной причиной ее поистине молниеносного триумфального распространения явилось соединение в понятии "город-сад" универсальной программы средств решения социальных конфликтов с комплексом практических мер, реализация которых обещала построение идеального человеческого общества.

По степени радикальности новшеств архитектурно-градостроительного порядка с городами-садами в России могли соперничать лишь фабричные села. Оба типа поселений отвечали основным принципам градостроительства XX века. Однако при безусловном внутреннем родстве на архитектурно-планировочном уровне города-сады и фабричные сёла являются антиподами по происхождению, содержательным и социальным установкам.

Фабричные села - детище крестьянской культуры. Они родились и сформировались на основе русского промыслового села вдали от больших городов. Города-сады возникли в Европе в недрах культуры образованных классов. Их появление стимулировал явственно обозначившийся к концу XIX столетия кризис больших городов. Идея города-сада родилась из желания разрешить их противоречия и ликвидировать недостатки. Фабричные села - явление автохтонное. Идея города-сада была привнесена в Россию из-за границы. Но самое глубокое отличие коренилось в социальной ориентации этих обоих типов поселений. Фабричные села - феномен локальный, и не только из-за ограниченности пространства их распространения и социальной базы, их взрастившей. То и другое выражает узость и ограниченность их идейно-содержательной основы. Фабричные села создавались в интересах отдельного предпринимателя, по его инициативе для обеспечения всем необходимым работавших на предприятии людей. Идея городов-садов вдохновлялась глобальными задачами. Она возникла под влиянием потребности найти универсальное средство разрешения острейших социальных противоречий, пагубность которых с наибольшей силой обнаружилась в крупных, динамично развивавшихся промышленных городах.

Идея города-сада, как всякая утопия, предлагала единственное, объявленное панацеей от всех зол, средство. Социальные язвы большого города, являвшие собою издержки быстрой урбанизации, были сформулированы безошибочно. О том же писали и думали во всех промышленно развитых странах. Но автору идеи удалось объединить в стройную программу отдельные аспекты и найти для идеального города, который бы помог разрешить сразу все противоречия емкий и выразительный термин.

Автор идеи города-сада - англичанин Эбензир Говард. Впервые она была представлена в вышедшей в 1898 году на его родине книге "Завтра. Мирный путь социальных реформ". Книге и самому Говарду была уготована редкостно счастливая судьба. Изложенная в ней концепция стала важной вехой в развитии теории и практики мирового градостроительства. Оказавшиеся в целом утопическими идеи Говарда о социальных преобразованиях путем преобразования среды обитания инициировали изменения в строительном законодательстве европейских стран и в конечном итоге преобразовали принципы градостроительства в масштабах всего мира, заложив основы его развития в XX столетии.

В 1902 году работа Говарда была переиздана с несколько иным подзаголовком: "Города-сады будущего в настоящем". Изменение названия оказалось счастливой находкой. Найденное удивительно точно для обозначения существа программы словосочетание "города-сады" превратилось в термин и стало широким международным движением. Принадлежавшая к разряду социальных утопий программа незамедлительно начала воплощаться в жизнь.

Через год после выхода в свет второго издания книги, не без деятельного участия ее автора, было создано "Общество городов-садов" (The Garden cities association, с 1910 года - Garden cities and Town Planning Association), имевшее целью обсуждение и пропаганду идеи городов-садов и содействие в разработке планов их осуществления. С 1904 года общество начало издавать ежемесячный журнал "Города-сады и планировка городов". В том же 1904 году акционерной "Компанией пионеров городов-садов", связанной с Обществом городов-садов лишь идейно, между Лондоном и Кембриджем был заложен первый город-сад Лечворс. В 1903 году под давлением неуклонно ширившегося движения в Великобритании был принят закон о жилищном и городском планировании (Housing and Town Planning Act), во многом благоприятствовавший упорядочению застройки городов и решению жилищного вопроса.

За два года до выхода в свет книги Говарда книга со сходной программой и почти таким же названием: "Города будущего" была издана в Германии в 1896 году Т. Фритчем. В год выхода книги Говарда в Германии был создан синдикат, ставивший целью реализацию идей Фритча. Однако вскоре он распался. Идея города-сада пришла в Германию, как и в другие страны Европы, из Англии как идея Говарда. Под влиянием книги Говарда в Германии началась практическая реализация его идеи в жизнь. В 1902 году было основано развернувшее энергичную деятельность "Немецкое общество городов-садов". Движение за города-сады захватило всю Европу и Америку. В 1904 году Общество городов-садов было основано во Франции, затем в Австрии, Венгрии, Голландии, Польше, Испании. Не остался в стороне от движения за города-сады и Новый Свет. В 1907 году Общество городов-садов возникло в США [1].

Россия также не прошла мимо этого движения. В 1904 году в журнале "Зодчий" появилась заметка с характеристикой основных идей Говарда и анализом попыток их практического осуществления [2]. В 1911 году в переводе и с предисловием А.Ю. Блоха книга Говарда была издана на русском языке. После этого почти одновременно оформились два общества: в 1912 году Общество по распространению идей Говарда в Москве, в 1913 - Общество городов-садов в Петербурге.

В книге Говарда различимы два аспекта, отраженные в подзаголовках первых двух изданий. Один из них - социальный. Говард предлагал путь реформ, которые без насильственного переворота смогут ликвидировать кричащие социальные противоречия больших городов. В создании городов-садов Говард видел средство, которое сможет остановить приток деревенского населения в города, положит конец территориальному расползанию последних, перенаселенности дешевых квартир, затесненности и антисанитарии рабочих районов, поможет искоренить жилищную нужду. Создание городов-садов прекратит несогласованное строительство, остановит физическую и умственную деградацию основной массы населения крупных городов, проистекающую от ужасающих жилищных условий, антисанитарии, удаленности от природы, недостатка света, солнца, свежего воздуха. Панацея от всех этих бед одна - возвращение жителей больших городов на землю.

Доказывая перспективность своей теории, Говард проанализировал преимущества и недостатки двух, рассматривавшихся обычно как противоположные, типов поселений - города и деревни. Города, писал он, притягивают население высокой заработной платой, комфортностью условий жизни, широкими перспективами на будущее, разнообразием развлечений, интенсивностью культурной жизни. Но деревня, подчеркивает Говард, имеет свои достоинства. Это красота природы, свежий воздух, покой. Однако до настоящего времени не удалось компенсировать отрицательные стороны деревенской жизни, заключающиеся в тяжелой однообразной работе, узком круге общения, скудости развлечений. Ситуация утратит бесперспективность только с преодолением привычки рассматривать ее как альтернативную: город или деревня.

Главная мысль Говарда сводится к необходимости избрать третий путь, преодолев кризис, переживаемый городом и деревней. Путь этот - создание поселений, соединяющих в себе достоинства обоих, но исключающих возможность возникновения свойственных им недостатков. "Город и деревня не представляют единственно возможные... формы человеческого общежития. Обществом и природой можно наслаждаться одновременно. Город - символ общества, взаимной помощи и дружеского сотрудничества, всеобщего братства и развитых отношений между людьми, великих захватывающих симпатий, символ науки, искусства, культуры, религии. А деревня! Деревня - символ любви и заботы Бога о человеке. Все, что в нас, и все, что мы имеем, исходит оттуда. Наше тело создано из земли; к ней мы возвращаемся. Она питает и одевает нас, дает нам приют и защиту. На ее груди мы отдыхаем. Ее красотою вдохновляются искусство, музыка, поэзия. Ее силами приводятся в движение колеса промышленности. Она источник здоровья, богатства, знания... И она не будет нам доступна до тех пор, пока продолжается это противоестественное разделение общества и природы. Город и деревня должны сочетаться воедино, и от этого радостного единения родятся новые надежды, новая жизнь, новая цивилизация" [3].

Э. Говард. Общая схема города будущего и его окружения

Достигнуть оптимального для человечества устройства общества Говард считал возможным с помощью децентрализации крупных городов, которая станет одновременно средством разрешения социальных проблем. Децентрализации же возможно будет добиться лишь с устранением одного из главных источников социального зла - частной собственности на землю. В идеальном городе Говарда земля принадлежит городской общине. Арендную плату за пользование ею Говард предполагал использовать на общественные нужды: на создание дорог, школ, больниц, парков, зданий культурного назначения. Общинная собственность предотвратит возникновение и сделает невозможной спекуляцию, повышение цен на землю и квартиры, и, таким образом, исключит появление являющейся бичом крупных городов плотной, негигиеничной, отторгнутой от природы застройки.

Решение социальной проблемы приобрело у Говарда этическую окраску. Он мечтал о возвращении жителям больших городов радости общения с природой и ее облагораживающего воздействия, которое в городах-садах возрастет с помощью благотворного влияния на их жителей красивой архитектуры. Главное же принципиальное, с точки зрения Говарда, достоинство предлагаемой им программы заключается в осуществлении назревшего социального переворота мирным, ненасильственным путем.

Второй аспект книги Говарда - архитектурно-градостроительный. Он детально описывает схему поселений, строительство которых позволит провести социальное переустройство человечества мирным путем.

Притягательная сила идей Говарда заключалась в видимой простоте их реализации. По его мнению, город-сад должен быть сравнительно небольшим. Из площади в 1000 акров (370 десятин) под застройку отводилась лишь 1/6. Остальную территорию своего идеального города Говард предполагал использовать как зеленую и сельскохозяйственную зоны. Планировка круглого в плане города диаметром в 1240 ярдов (немногим более версты) с круглой площадью-парком в центре, с расходящимися от нее радиусами улиц-бульваров, напоминает идеальные города эпохи Ренессанса. Стремление создать идеальный город в обоих случаях заставляло их создателей обращаться к идеальной форме круга.

По периметру площади, задуманной как общественный центр города-сада, Говард предполагал соорудить главные общественные здания: городскую думу, концертный и лекционный залы, театр, библиотеку, музей, больницу. Кольцо зданий с наружной стороны площади окаймляет общественный Центральный парк (145 акров, или 53,5 десятины) с площадками для игр и отдыха. Вокруг парка, как обрамление его, Говарду казалось необходимым создать стеклянную аркаду (некое подобие Хрустального дворца) для прогулок жителей в ненастную погоду. В галерее Говардом предусматривалось устройство торговых помещений, но основную часть ее предполагалось отвести для зимнего сада. Одна из кольцевых магистралей города-сада - Большая аллея - также превращалась в общественный парк. Внешний пояс города отводился под промышленно-складские сооружения. Обрамляющая город-сад окружная дорога должна была соединить его с магистральной железнодорожной линией. В окружающей город зеленой зоне предполагалось разместить благотвори тельные учреждения, "чтобы дать беспомощным братьям возможность воспользоваться благами социального эксперимента, рассчитанного на все человечество" [4].

Оптимальная численность населения города-сада, по Говарду, не должна превышать 32 тыс. человек. Город должен расти не за счет окружающих его свободных земель, а путем создания системы относительно самостоятельных и одновременно связанных друг с другом поселений, "перепрыгивая" через разделяющие города-сады зеленые полосы. Схему подобного развития Говард позаимствовал у города Аделаида в Австралии, от которого отпочковалась Северная Аделаида. Исходя из австралийского опыта, будущее городов мира представлялось Говарду в виде многократно повторяющейся системы, состоящей из Центрального города, связанного с дочерними городами. Первичную ячейку расселения, состоявшую из Центрального и расположенных вокруг него более мелких дочерних городов, предполагалось для соединения друг с другом опоясать внешней кольцевой дорогой. "Каждый обитатель всей группы городов, проживая в маленьком городе, пользуется всеми преимуществами большого, необыкновенно красивого города. В известном смысле он как бы живет в двух городах: маленьком и большом. В то же время ему доступны и радости чистой природы: поля, кустарники и леса, а не только искусственные парки и сады, находятся от него в нескольких минутах ходьбы или езды. И так как все население сообща владеет землей (курсив автора. - Е.К.), на которой расположена эта прелестная группа городов; общественные здания, университеты, библиотеки, картинные галереи, театры будут отличаться таким великолепием, какого не может достигнуть ни один город в мире, если вся городская земля находится в руках частных лиц" [5].

Создать подобную систему Говард считал возможным лишь с участием государства, обладающего правом отчуждения находящейся в частном владении земли, необходимого для достижения общих интересов. В доказательство целесообразности создания централизованного государственного управления системой городов-садов Говард приводит железнодорожное строительство, которое вначале, при осуществлении локальных проектов, не нуждалось в государственном согласовании, но которое стадо необходимым при реализации проектов общегосударственного масштаба.

В книге Говарда подытожен огромный опыт строительства и функционирования населенных мест второй половины XIX века, сформировавшихся в ходе и после промышленной революции, не только крупных, противником которых он был, но и новых. В позитивной части программа его опиралась на опыт проектирования поселков при промышленных предприятиях, выведенных из больших городов, а также на опыт создания новых городов, таких, как уже упоминавшаяся Аделаида.

Судьбу проекта Говарда можно оценивать двояко. С равным основанием можно признать и его полный провал, и абсолютное торжество, Как социальная утопия, призванная преобразовать систему расселения в мире и таким путем привести к благоденствию человечество, идея Говарда обнаружила полную несостоятельность. Рожденная стремлением уничтожить недостатки большого города, система Говарда на деле отрицает этот тип города, борется с ним, предполагает его полную ликвидацию. Система Говарда задумана и разработана в полном отвлечении от исторически сложившейся системы существующих городов Она строится так, как будто планета Земля представляет пустынное, незастроенное пространство, своего рода чистый лист, как будто на ее поверхности отсутствует веками складывавшаяся в каждой из стран мира система расселения с ее большими и малыми городами, селами, загородными усадьбами. Абстрагированность своей программы от реального положения дел в какой-то мере осознавал и ее создатель. В предисловии к русскому изданию Говард писал: "Я сознаю всю важность улучшения существующих городов, но главной, существенной задачей и целью моей книги является создание новых городов, которые должны сочетать возможно более полным образом преимущества городской и сельской жизни и в то же время остановить, а затем и повернуть назад тот поток населения, который теперь так неудержимо и разрушительно стремится в перенаселенные города всех цивилизованных народов" [6].

Вопреки надеждам Говарда, города-сады, реализуемые вне учета реальных тенденций градостроительства и исторически сложившейся в каждой из стран системы расселения, не превратились в новый магнит. Не смогли они стать и противовесом развивающимся бурными темпами крупным городам и процессу запустения деревень. В этом смысле идея оказалась несостоятельной и нежизнеспособной. Уже первый из английских городов-садов Лечворс не оправдал надежд его основателей.

Получившие широкое распространение во всем мире в первой трети XX столетия предместья-сады, пригороды-сады, дачные поселки, поселки при фабриках - лишь частичная реализация программы Говарда. В фабрично-заводских поселках промышленные предприятия и земля, а часто и жилые строения оставались собственностью владельца промышленного предприятия. Создание предместий-садов и пригородов-садов, строившихся, как правило, на средства организаций, стремившихся к разрешению квартирного вопроса, к смягчению жилищной нужды, к обеспечению представителей низших и средних классов недорогими и комфортабельными квартирами, не привело к отмиранию существовавших городов, в том числе и больших, а превратилось в новую форму их развития, Как справедливо отмечалось в упоминавшейся заметке в "Зодчем", деятельность обществ городов-садов - во многом утопия не учитывающая реальной практики [7].

Говард. Город будущего.
Фрагмент плана

В отличие от утопизма социальной программы Говарда, основные положения ее архитектурно-законодательно-градостроительной части стали в XX веке повсеместно укоренившейся реальностью. Городам-садам как архитектурно-планировочной и социальной идее действительно принадлежало будущее. Ее ожидало поистине победоносное шествие по всему миру. Но не как средства вытеснения сложившейся системы расселения, а как принципов организации пространственно-планировочной среды, системы землепользования, способа разрешения жилищной и транспортной проблем, обеспечения здорового отдыха, лечения, призрения больных и неимущих, просвещения, реализуемых в новых типах поселений, таких, как предместья-сады, пригороды-сады, дачные поселки, курортные города и поселки, железнодорожные и фабричные поселки. В конце XIX - первой половине XX века по принципам городов-садов, в виде относительно самостоятельных поселков начади создаваться новые, расти и развиваться существующие города. Все это, приобретшее актуальность в мировом градостроительстве, в равной степени оказалось актуальным и для России. Кроме того, в странах с обилием свободных земель, к числу которых принадлежала Россия, комплекс архитектурно-градостроительных идей, родственных сформулированным в книге Говарда, лег в основу пространственно-планировочных структур новых поселений создававшихся в конце XIX и в первые два десятилетия XX века на востоке и севере страны. Наконец, несмотря на утопичность социально-всеобъемлющих устремлений Говарда, его соображения о необходимости пересмотра законодательной базы строительства, передачи строительства в руки государства и муниципалитетов, комплексность строительства, которое включало бы наряду с жильем общественные и бытовые сооружения, опиравшиеся на широкий опыт создания промышленных и железнодорожных поселков во второй половине XIX столетия, после Первой мировой войны стали реальностью градостроительной практики во всем мире.

Проблемы города будущего, осмыслявшегося в ипостасях большого города и новых типов поселений, волновали во второй половине XIX века не только Говарда. О том, насколько актуальной и выстраданной в международном масштабе была в 1890-е годы идея городов-садов, свидетельствуют факты. Время создания, название и содержание книги Фритча, его рекомендации поразительно напомииали, точнее, предвосхищали декларации Говарда. План идеального города Фритча, представлявший, правда, в плане не круг, как у Говарда, а полукруг, строился по радиальио-кольцевой системе. Роднила их также невысокая разреженная застройка свободно стоящими зданиями, обилие зелени.

В 1895 году, практически одновременно с публикацией книг Говарда и Фритча, во Франции был объявлен конкурс на создание проекта города будущего.

Рациональная застройка городов и их будущее стадо главным предметом обсуждения на VIII Международном гигиеническом конгрессе в 1894 году в Будапеште. Программу внедрения более просторной застройки и децентрализации строительства с помощью оттока жителей из центральных районов больших городов представил на конгрессе член Парижской Академии изящных искусств Бертильо, подкрепивший справедливость своих доводов статистическими данными по крупнейшим городам Европы - Парижу, Вене, Берлину, Будапешту, Петербургу и Москве [8]. Представитель Венгрии на том же конгрессе заявил, что идеальным следует считать "город, состоящий из небольших домиков, окруженных садами, снабженных в изобилии водою, соединенных канализационной системой и связанных между собою сетью телеграфных и телефонных проволок и железнодорожных путей", т. е. идеальный город рисуется ему таким, какой четырьмя годами позднее будет назван Говардом городом-садом. Эта мысль была в числе других и одобрена представителем России, хотя и признана неосуществимой "для массы населения городов" [9].

Перечень источников:

1. Блах А.Ю. Предисловие переводчика // Города-сады будущего. СПб., 1911. Сю. VII-XIV; Енш А.Х. Города-сады (города будущего). Отдельный оттиск из журнала "Зодчий". СПб, 1910. С. 4-6, 11-12, 48; Мижуев П.Т. Города-сады и жилищный вопрос в Англии. Пг., 1916. С. 171, 198, 491. Вернуться в текст
2. X. Идея международного движения за города-сады // Зодчий, 1904. № 17. С. 209-211. Вернуться в текст
3. Говард Э. Города будущего. СПб., 1911. С. 12-13. Вернуться в текст
4. Там же. С. 14-26. Вернуться в текст
5. Там же. С. 150. Вернуться в текст
6. Там же. С. 5. Вернуться в текст
7. X. Идея международного движения... С. 211. Вернуться в текст
8. Строитель, 1894. №1. С. 157. Вернуться в текст
9. Вопросы по оздоровлению городов на VIII Международном гигиеническом конгрессе в Будапеште в 1894 г. СПб., 1895. Вернуться в текст

 

К началу страницы
Содержание
3.5. Ансамбль железной дороги как новый градостроительный организм  3.6.2. Идеи городов-садов в России