Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Кирилл Афанасьев
А. В. Щусев
81. Щусев А. В. Гигантский комплекс зданий Академии наук. "Архитектурная газета", 1936, 31/XII. № 72.Вернуться в текст
82. "Архитектурная газета", 1936, 31 /XII, № 72.Вернуться в текст
83. Разработка этих проектов, составление детальных рабочих чертежей были выполнены архит. В. Д. Кокориным и архит. А. Ю. Заболотной, сотрудничавшей с А. В. Щусевым по составлению проекта этой станции с 1945 г. Они же осуществляли авторский надзор за ходом строительных работ. По наземному вестибюлю разработкой проекта А. В. Щусева и наблюдением за ходом работ был занят архит. В. С. Варварин.Вернуться в текст


Глава 6
Проект главного здания академии наук. Проекты и сооружения последних лет жизни

Проектом комплекса зданий Академии наук СССР А. В. Щусев занимается почти беспрерывно - с 1935 г. до самой смерти, 14 лет зодчий бьется над полноценным разрешением этой очень сложной и ответственной задачи.

Опыт А. В. Щусева, проектировавшего крупнейший центр науки, необходимо внимательно изучить. Этот опыт не ограничивается решением чисто практических, функциональных задач. Наибольшие трудности в проектировании этого сооружения заключались в творческих проблемах, стоявших перед всей советской архитектурой. Строгий академизм, имевший своих пылких приверженцев, столь же пылко отвергался. Увлечение архитектурой прошлого, повторение форм и образов древнерусского искусства - то, чему Щусев отдал дань в своем дореволюционном творчестве, также отрицались общественным мнением. Безудержное новаторство было полностью отвергнуто как происки космополитической идеологии. Модернизм, понятый как упрощение, схематизация классических форм, претил талантливому художнику - это был путь лавирования, анемии и бесталанности.

Щусев с настойчивостью уверенного в своих силах мастера штурмовал эти творческие проблемы. Мы не должны переоценивать результатов этих попыток - ни один из его проектов здания Академии наук не удовлетворяет нас в полной мере. Однако бесспорно и то, что в многосторонней архитектурной деятельности советских зодчих мы не знаем другого проекта или сооружения, которое могло бы поспорить по монументальности, композиционному богатству и скульптурной пластичности хотя бы с проектным вариантом здания Академии наук, созданным Щусевым в 1938 г. Хотя в то же время следует заметить, что это произведение Щусева является не более чем предварительным эскизом, и с точки зрения гармонической завершенности, стилистической чистоты архитектурных форм оно еще далеко не совершенно.

В предварительном конкурсе на проект комплекса зданий Академии наук участвовали кроме А. В. Щусева И. А. Фомин, Д. А. Фридман, Н. А. Троцкий и проектная мастерская Гипрогора.

Президиум Академии наук отдал предпочтение проекту Щусева. По этому проекту на территории будущего Юго-Западного района города рядом с деревней Черемушки располагается около 40 зданий институтов, музеев, библиотек и подсобных учреждений, разбивается колоссальный ботанический сад, под который отводится более 500 га (впоследствии ботанический сад проектируется на территории Останкина).

Академия наук СССР. Эскиз. 1935 г.
Строительство размещается на компактной изолированной площади с подъездом со стороны Калужской улицы в виде километровой липовой аллеи. В центре ставится здание президиума и библиотеки. Вокруг отводятся участки для научных ассоциаций: геологической, химической, математической, общественных наук, зоологической, ботанической. Здания ассоциаций - невысокие (не выше трех этажей), образующие в плане замкнутые дворы.

В 1935 г. управление строительством Академии наук предполагало приступить к строительным работам. Однако постройка обособленного академического комплекса на удаленном от центра города месте в то время не отвечала интересам архитектурной реконструкции столицы. Столь значительное здание хотелось сделать украшением центральных районов Москвы. По новому предложению главное здание Академии наук располагается на прекрасном участке Крымской набережной напротив Парка культуры и отдыха им. Горького, остальные здания - в районе Калужского шоссе.

Макет.
Любопытно, что, по словам Щусева, "первоначальные варианты здания Академии намечались в формах старой римской классики, но это не встретило одобрения со стороны Академии. Перенесение элементов ленинградской классической архитектуры прошлого столетия в архитектуру современной Академии наук с ее совершенно новой ролью в жизни нашей страны, когда она тесно связана с интересами социалистического строительства, было бы, конечно, неправильно"81.

В 1936 г. можно было встретить, например, такие суждения: "Свойственные классике горизонтальные членения находятся в противоречии с характером современной советской архитектуры, строящей свои объемы в вертикальных архитектурных линиях, в целеустремленных и динамических формах"82. Вот какие высказывания определяли творческие искания зодчих и привели в конце концов, с позволения сказать, к "готической" архитектуре.

Новый участок, выделенный городом для постройки здания Академии наук, имеет правильную в плане форму. Северо-западной стороной он обращен к реке, с юго-запада ограничен Крымским валом. По проекту 1936-1938 гг. здание отступает от красной линии. Ось его со стороны Крымского вала совмещена с осью главного входа в парк и его партером. Корпус Президиума выдвигается вперед к реке и является головной частью всего комплекса. В его первом этаже размещаются главный вестибюль, несколько аудиторий, буфет, курительные и прочие обслуживающие помещения.

План первого этажа. 1938 г.
Величественный портик с 22-метровыми колоннами образует главный вход в здание. Главный конференц-зал крупной формы в плане располагается на уровне третьего этажа; освещается он естественным светом, падающим сквозь прорезанные в основании купола окна.

В центре участка образуется замкнутый прямоугольный двор. Его окружают многочисленные инструменты Академии, административные помещения и кабинеты академиков.

Со стороны Крымского вала симметрично располагаются два длинных и относительно невысоких трехэтажных корпуса музеев Истории земли и Истории живой природы. Оба здания идентичны по плану. Первые два этажа заняты музейными залами, третий - административно-научными помещениями.

В середине корпуса зодчим предусматривались освещенные верхним светом залы 12-метровой ширины и большой высоты, предназначенные для крупных экспонатов. Со стороны Мароновского переулка предполагалось разместить библиотеку с книгохранилищем на 15 млн. томов. Этот проект был одобрен и утвержден к постройке Президиумом Академии. Кубатура всего здания превышала 1 млн. м3 при рабочей площади 15,5 тыс. м2.

Конструкции сооружения основывались на достижениях современной строительной техники. Здание проектировалось каркасного типа с заполнением. Каркас - железобетонный и металлический; стены намечались из легких материалов (пустотелый и пористый кирпич, керамиковые блоки и пр.). Здание предполагалось оборудовать всеми новейшими санитарно-техническими устройствами.

Академия наук СССР. Главный фасад. Генеральный план 1947 г.

Строительство главного здания Академии наук началось с музейного корпуса, граничащего с Крымским валом. Однако во время войны оно было приостановлено.

В дни войны Щусев работает над новым вариантом главного здания Академии по программе, значительно сокращенной по сравнению с проектом 1938 г. План получает совсем простую прямоугольную конфигурацию с двумя внутренними дворами, разделенными широким корпусом, в котором размещается конференц-зал. По своей архитектуре этот вариант отличается прекрасно продуманным планом, хорошими пропорциями общего объема. Однако архитектура фасадов здания подвергается довольно резкой критике за украшательство, за нагромождение и разностильность архитектурных форм и деталей.

Свою ошибку Щусев осознал очень быстро и поэтому разработал новый вариант в гораздо более сдержанных архитектурных формах. План сооружения остается прежним. Архитектура же фасадов приобретает большую четкость и по многим признакам напоминает созданное Щусевым в эти же годы административное здание на площади Дзержинского. Купол над главным входом подобен куполу здания Академии художеств в Ленинграде.

Чтобы избежать монотонности силуэта, зодчий вводит в композицию стройную высокую башню, поднимающуюся из внутреннего двора здания. Этот вариант уже далек от чрезмерной декоративности предыдущего, но его стилевая характеристика остается по-прежнему неясной, архитектурные формы ордера и других деталей трактуются зодчим с большой свободой, произвольно, что лишает сооружение строгости и придает ему вид скорее первоклассной гостиницы, чем Академии.

Щусев перерабатывает проект вновь. На этот раз мастер придает архитектуре сооружения черты русского классицизма, того самого, о котором он говорил десять лет назад как о совершенно неприемлемом для данного случая. Впрочем, архитектура фасадов этого проекта основывается на очень осторожном, "авторизованном" освоении наследия классицизма. Башня красивых мягких очертаний в предыдущем варианте была суше, схематичнее. Если мы вспомним подобную же башню курорта "Псырцха", проект реконструкции которого он создает еще в 1935 г., то увидим, как умел Щусев постепенно, шаг за шагом совершенствовать свои замыслы.

Рыльский монастырь в Болгарии. Акварель. Монумент героическим защитникам Ленинграда на Пулковских высотах. Перспектива. 1944 г.

Из ряда вариантов, выполненных Щусевым по сокращенному заданию, именно этот, законченный в 1947 г., следует отметить как наиболее удачный. В нем зодчий, наконец, нашел архитектурно-художественный образ сооружения, удовлетворявший в те годы требованиям к архитектуре здания Академии. Он строг, без излишней декоративности, в известной мере романтичен, но чужд ненужной экзальтации, он питается национальными художественными традициями, но отнюдь не национально ограничен.

Критические замечания возможны по адресу и этого проекта архитектора. Можно заметить, например, что купол над входом лежит на узком корпусе, а это лишает его органичности, что положение башни несколько случайно и др. Но бесспорно, что главные задачи, относящиеся к композиции здания в целом, к архитектурно-художественному образу сооружения, к проблемам его стиля и национальной формы, оказались решенными мастером с необходимым тактом и в должной пропорции. Но для этого, как мы видим, зодчему пришлось потрудиться очень много.

Но и на данном этапе работа над проектом главного здания Академии наук не была закончена. Строительство его все откладывалось, а советская архитектура тем временем вступила в новую фазу своего развития. Наступили годы проектирования и строительства высотных зданий Москвы. Щусев спешит откликнуться на это высотными вариантами проекта здания Академии наук. Высота здания из варианта в вариант все растет. Первый из них имеет сокращающиеся по размеру ярусы и достигает 15 этажей. Второй вариант по высоте превышает 20 этажей.

Следующие варианты достигают еще большей высоты и приобретают стремительно вертикальные формы.

Возглавляя с 1938 г. и по день смерти архитектурно-проектную мастерскую Академпроект, А. В. Щусев работал не только над проектированием главного здания Академии. Здесь создаются проекты для всего довольно обширного строительства Академии - научно-исследовательские институты, обсерватории, жилые дома, дачные поселки для академиков и т. д. Разрабатываются генеральные планы участков академического строительства в районе Калужского шоссе. Но, к сожалению, несмотря на, казалось бы, полную возможность осуществить большой и единый комплекс сооружений, представляющий собой подлинный архитектурный ансамбль, строительство не оправдывает ожидания. Длительность процесса постройки, изменение ее объемов послужили причинами того, что взамен единого ансамбля перед нашими глазами развертывается по существу разрозненное строительство.

Главное здание Академии наук Казахской ССР в Алма-ате. Центральный вестибюль. План первого этажа. 1949 г.

Первым научным институтом, сооруженным на Калужском шоссе по проекту Щусева, был Институт генетики. Проектировался он еще в 1936 г., а постройка была закончена в 1939 г. Это небольшой симметричный, трехэтажный корпус с двумя невысокими башнями по сторонам. Пилястры, расположенные поверху, придают этому зданию общественный характер и некоторую официальность. Полукруглая аудитория, выходящая своим объемом во двор, напоминает здание ИМЭЛ в Тбилиси, проектировавшееся и сооруженное в те же годы.

Архитектура здания Института генетики построена на ренессансных формах, но выглядящих вполне современными, что является их несомненным достоинством. Для знатока эпохи Возрождения здесь, конечно, найдется много пищи для критики. Нет строгой согласованности в профилях карнизных тяг у угловых колонн, нет абак, сандрик входной двери грубоват по форме и т. д., но в облике сооружения в целом сохраняется непосредственность, свежесть. Здесь наличествует не повторение форм и образов архитектуры Возрождения, а их свободная переработка. Перед нами не музейный экспонат, а "живое" здание.

В Академпроекте проектируется в 1946-1947 гг. ряд других институтов Академии, сооружаемых там же, на Калужском шоссе, а именно: машиноведения, механики, органической химии, физики, металлургии и горячих ископаемых. Щусев мало работает над их архитектурой, передоверяя большую часть работы своим соавторам А. В. Снигареву, Н. М. Морозову, Б. М. Тарелину. Для архитектуры этих институтов характерна трехосная композиционная схема - центральный и два боковых портика.

Одновременно А. В. Щусев работает над проектом здания Казахской Академии наук для Алма-Аты (1944-1948 гг.). Главное здание Академии располагается на возвышенном месте и замыкает прямую дальнюю перспективу. Удачен план главного здания, просто и ясно решаются главный вход, круглый вестибюль, трехмаршевая парадная лестница. Над вестибюлем во втором этаже расположен конференц-зал. Ту же схему повторяют правый и левый флигели главного корпуса. В своем первом малоудачном варианте Щусев увенчивал центральную часть корпуса куполом; портал, представлявший собой стрельчатую арку, и купол вызывали ассоциацию с культовыми сооружениями Средней Азии - мечетями, медресе. В связи с этим он перерабатывает архитектуру здания и создает окончательный, принятый к осуществлению проект. Но, к сожалению, как всегда, когда Щусев работает с большой долей участия своих молодых товарищей и не имеет возможности собственными руками и при том многократно варьируя рисовать архитектуру проектируемых им зданий, результаты не могут нас удовлетворять в полной мере. Здание получилось по своей архитектуре схематичным и грубовато нарисованным.

Один из вариантов обсерватории АН УССР в Голосеевском лесу близ Киева. Генеральный план и главный фасад здания. 1949 г.

Другое интересное произведение, над которым в те же годы работал Щусев в стенах Академпроекта, - это проект Главной астрономической обсерватории Украинской Академии наук. Астрономический городок сооружается в красивом месте рядом с Киевом - в Голосеевском лесу. Проект составлен хорошо; значение его заключается не только в технических или функциональных особенностях, но и в тех архитектурных формах, к которым прибегает зодчий. Он стремится использовать в своем творчестве яркие, живописные формы украинской архитектуры XVII в.

Главный портик образует центр композиции; аттик или род щипца над ним сложного контура украшен лепным узором, заставляющим вспомнить "браму Заборовского" Софийского заповедника и фронтоны других старинных киевских сооружений.

Обилие светотени в композиции, пластичность архитектурного убранства, своеобразная трактовка барочных форм, относящихся к славному прошлому украинского искусства, - вот область художественных средств выражения, к которым обращается зодчий в своих настойчивых попытках найти для строительства на Украине присущий ей язык архитектурных форм.

Этот проект следует сопоставить с проектным предложением Щусева по застройке Крещатика (1945 г.). Несмотря на большие различия в масштабе, местоположении и назначении проектируемых зданий, их объединяют общие черты архитектуры, говорящие о ее национальной принадлежности. В этих проектах Щусев, быть может, нарушил нужную меру в использовании традиционных форм, относящихся к прошлому, но принципиально можно согласиться с мастером, который в своем глубоко современном произведении не теряет связей с прогрессивными традициями национального искусства.

В стенах Академпроекта Щусев создает большое число различных проектов, относящихся к 1938-1949 гг. Здесь он работает над тщательной реставрацией существующего здания Президиума Академии наук и восстановлением его прекрасного скульптурно-декоративного убранства и живописи, восстановлением музея Л. Н. Толстого на Кропоткинской улице, поврежденного во время войны, восстановлением знаменитой Пулковской обсерватории и над многими другими упомянутыми и не упомянутыми нами проектами. Это была проектная мастерская зодчего и его рабочий кабинет, из окон которого он много раз рисует виднев-щуюся за вуалью деревьев прекрасную церковь Ивана-воина на Якиманке, архитектуру которой он тщательно изучал при постройке Казанского вокзала.

 

В настоящее время строительство административного здания на площади Дзержинского в Москве завершено лишь наполовину.

Это здание, выходящее главным фасадом на площадь и являющееся важнейшим звеном одного из центральных ансамблей города, Щусев проектировал еще в 1939-1940 гг. Проектом он охватил застройку всего квартала и включил в композицию старое здание, сооруженное в конце XIX в. и выходящее своим измельченным и претенциозным фасадом на площадь. По проекту зодчего этот фасад предполагалось одеть в новые одежды, убрав с него старое, не имеющее никакой цены архитектурное оформление.

В 1939 г. Щусев лечился в Ессентуках, что не мешало ему набрасывать эскизы этого здания. Там же в ту пору жил архит. Ю. Ю. Савицкий. А. В. Щусев нашел в нем интересного собеседника и делился своими мыслями. По словам Ю. Ю. Савицкого, зодчий предполагал придать этому сооружению образ ратуши, что по градостроительной ситуации было, пожалуй, логично. Однако следующей его мыслью было спроектировать это сооружение в формах русской архитектуры XVII в. После создания фасада ресторана Казанского вокзала в формах XVII в. Щусев часто возвращался к мысли о том, что эта красочная архитектура может послужить образцом для современных гражданских зданий. Но при новой встрече с Ю. Ю. Савицким на вопрос, как поживает "его XVII век", Щусев воскликнул: "Что Вы, какой там XVII век, перед нами не павильон, не выставка и даже не клуб и не театр, ведь речь идет о здании министерства, правительственного учреждения, архитектура которого должна быть строгой, деловой, отнюдь не претенциозной".

Колебания зодчего, избирающего для своего произведения тот или иной стиль архитектурных форм, казалось бы, могут заронить сомнение в творческой принципиальности зодчего, но это, конечно, не так. Советская архитектура на данной ступени развития использовала как средство выражения своих идей различные стилистические формы. Это можно проследить на практике ее крупнейших представителей. Вспомним весьма различный творческий облик одновременно работавших И. В. Жолтовского, И. А. Фомина, Л. В, Руднева и других зодчих.

А. В. Щусев - мастер широкого творческого диапазона. В исторических архитектурных стилях он видит не самоцель или условие, а средство художественного выражения идей, поставленных перед ним жизнью.

Он смело опирается на ту или иную стилистическую концепцию ради достижения цели - точной и выразительной жанровой характеристики сооружаемого им здания, причем смело ее интерпретирует по-своему.

Так, Щусев планомерно, глубоко продуманно приходит к композиционным приемам и архитектурным формам многоэтажного административного здания, в планировку которого включено множество рабочих комнат и кабинетов. И вполне закономерно, что впоследствии в практике советских архитекторов мы встречаем немало сооружений подобного характера.

Проектируя это здание, зодчий по обыкновению обращается к решению смежных градостроительных задач. Среди его чертежей и рисунков мы видим эскизы общего вида реконструируемой площади Дзержинского. В зависимости от планировочного решения прилегающих кварталов и ширины Театрального проезда она приобретает то более или менее открытый, то замкнутый характер.

Площадь Дзержинского в Москве. Эскиз реконструкции. Вариант. Перспектива. 1944 г. Административное здание на пл. Дзержинского в Москве.

Открытый вариант предусматривает расширение Театрального проезда за счет квартала, где теперь сооружен магазин "Детский мир". Центральные площади города в этом случае образовали бы вокруг Кремля род Венского ринга. Зодчий "прикидывает" на своем рисунке образующийся ансамбль. Внимательно обдумывает архитектор и "закрытый" вариант площади, который в общих чертах соответствует современному виду площади. Пока что осуществлена только половина фасада административного здания. К реконструкции соседнего здания, к сожалению, еще даже не приступали.

Досадный промах допустил А. В. Щусев, обратившись в 1940-1941 гг. вновь к работе над архитектурой Казанского вокзала. Он собственноручно исказил художественный образ своего любимого детища! Прекрасная башня вокзала, ее красные кирпичные стены с белокаменными деталями были одеты мрамором! Щусев принес в жертву богатству и ценности отделки художественную выразительность и поэтичность" прости кирпичной кладки. Белокаменный убор в контрасте с кирпичом стен башни действительно был ее украшением. Сопоставление кирпича и белого камня отвечало их назначению в композиции сооружения. После же облицовки стен мрамором это сопоставление потеряло свой смысл.

Станция метро "Комсомольская-кольцевая" в Москве. Перспектива подземного зала. 1945 г. Эскиз. Общий вид.

Из биографии И. Е. Репина известно, как он в одно из посещений Третьяковской галереи переписал заново голову главного действующего лица в картине "Не ждали" и этим ее сильно испортил. То же самое случилось и со зданием вокзала, когда Щусев, изменив художественный образ важнейшего звена своего прославленного произведения, лишил его прекрасного первоначального облика. Картину И. Е. Репина тут же исправили, башня же Казанского вокзала так и осталась одетой в мрамор.

В то же время Щусев вновь проектирует со стороны Рязанского вокзала башню прибытия. Но, к сожалению, и на этот раз она осталась неосуществленной.

 

На последние годы жизни А. В. Щусева падает одна из очень спорных страниц советской архитектуры. Речь идет о высотных зданиях Москвы. Щусев не раз говорил о необходимости строительства высотных зданий, домов-башен ради выразительности и красоты панорамы города. Высотные акценты старой Москвы, ее храмы-колокольни постепенно тонут среди вновь воздвигаемых больших многоэтажных зданий. Необходимы были новые ориентиры, новые доминанты, создающие силуэт нового города. Строительство ряда высотных зданий решало эту задачу.

Щусев принял участие в проектировании высотных зданий Москвы. Он создал проект гостиницы в Дорогомилове. Хотя проект и не был принят к постройке, но следует отметить его достаточно высокие деловые качества. Монументальность, которая является отличительной чертой многих произведений Щусева, была присуща и этому его проекту. Масштабность здания вкупе с монументальностью его архитектуры послужили источником значительности, зрелости и эпичности созданного архитектурного образа. Забота о силуэте города, как мы уже говорили, волновала зодчего давно. И теперь, когда строительство высотных зданий стало реальностью, он вновь возвращается к той же идее. Новый высотный вариант проекта здания Академии наук является еще одним, на этот раз последним, звеном сюиты проектов грандиозного сооружения, поглотившего так много творческой энергии и сил мастера.

Щусев не мечтал о спокойной старости. В его произведениях последних лет жизни мы не видим упадка творческих сил. Он строит планы на будущее. Упорно трудится над проектом здания Академии наук, строительство которого так и не развернулось при его жизни. Ряд его проектов находился в стадии разработки. Жизнь вокруг него била ключом, и он не только не отставал от нее, но продолжал быть в числе наиболее творчески активных зодчих.

Щусев не умел беречь своих сил. Он почувствовал себя плохо в Киеве, куда вылетел в составе комиссии для решения ряда насущных проблем реконструкции города. Умер через несколько дней после возвращения в Москву - 24 мая 1949 г.

После смерти мастера продолжается работа по реализации некоторых его проектов. В Алма-Ате сооружается здание Академии наук Казахской ССР, под Киевом возводится ансамбль построек обсерватории. Эти произведения зодчего могут служить примером при обсуждении проблем национальной формы в советской архитектуре. Архитектор приступил к проектированию станции московского метрополитена "Комсомольская-кольцевая" в начале памятного 1945 г., года всенародного праздника победы в Великой Отечественной войне. Закончен и утвержден проект станции был незадолго до смерти его автора, в марте 1949 г. В течение четырех лет зодчий вместе со своими сотрудниками, архитекторами и инженерами сделал ряд вариантов проекта, все более совершенствуя и оттачивая свой первоначальный замысел. Он назвал проектируемую станцию "Залом победы", запечатлев в ее архитектуре чувство торжества и радости одержанной победы.

Архитектурно-художественный образ этого последнего его произведения предельно ясен, он порождает у каждого советского человека чувства гордости за свою Родину, радости жизни, оптимизма и веры в счастливое будущее. На своде большого зала, в обрамлении великолепного скульптурного орнаментального убранства размещены восемь выполненных мозаикой на золотом фоне картин: образы мужественных героев-полководцев русской истории, а также парад на Красной площади 7 ноября 1941 г., взятие рейхстага, парад Победы 1945 г.

Станция "Комсомольская-кольцевая", обслуживающая крупнейший пересадочный пункт Московского метрополитена, заметно отличается от других станций по своей архитектуре. Ее средний зал расширен и достигает 11 м против обычных 8 м. В связи с этим увеличена и его высота - 9 м взамен обычных для других станций 5,5 м. За аркадой, несущей свод и обрамляющей с обеих сторон этот просторный зал, расположены платформы-перроны.

Эта станция относится к числу станций глубокого заложения, однако обычные в таких случаях тяжелые опорные пилоны заменены в ней подобно пилонам станции "Площадь Маяковского" легкими стальными колоннами, одетыми мрамором. Колонны несут лучковые арки, на которых покоятся своды станции. Главную роль в композиции зала играет свод, на котором раскинулись скульптурные картуши, волюты и тяги. Подобные же своды Щусев уже однажды соорудил и декорировал с помощью А. Бенуа при строительстве Казанского вокзала. Ряд люстр заливает зал приятным розоватым светом люминесцентных ламп. Наземный вестибюль также имеет высокий свод. Снаружи наземный вестибюль покрыт куполом своеобразной формы. Он должен был быть украшен чеканным орнаментальным узором по аналогии со шлемовидным покрытием одной из башен церкви - монумента на Куликовом поле.

Смерть А. В. Щусева нанесла большой урон советской архитектуре. Но его друзья, соавторы и помощники в меру своих сил постарались заменить умершего мастера и возможно более тщательно реализовать проекты своего учителя83.

К началу страницы
Оглавление    Проектные предложения...  Заключение