Главная
Новости сайта
Анатомия профессии
Основные даты
Жилые дома
Общественные здания
Градостроительство
Архитектурные конкурсы
Недостоверные объекты
Карта Киева
Архив
Библиотека об Алешине
* Публикации
* Тематические блоги
* Журналы, газеты
* Видеоматериалы
Глоссарий
Книжная полка
Ссылки
Автора!
Гостевая книга
 
Поиск







Copyright © 2000—
Вадим Алешин
Публикации
Вигдария Хазанова
Советская архитектура первых лет Октября. 1917-1925 гг.
 

ОТ АВТОРА

Архитектура первых лет Октября одухотворена великими демократическими идеалами социалистической революции. Это были годы строительства первых промышленных сооружений, возводившихся по плану электрификации России, и увлечения проектами, в которых воплощались новые принципы расселения в социалистической республике, годы возникновения новых типов общественных зданий для города и деревни, связанных с выполнением программы культурной революции. Это были годы создания первых советских мемориальных сооружений, проникнутых революционным пафосом, годы осуществления ленинского плана монументальной пропаганды.

Революция открыла перед архитекторами небывалые творческие перспективы. Декреты Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета "О социализации земли" (19 февраля 1918 г.) и "Об отмене права частной собственности на недвижимости в городах" (20 августа 1918 г.) создали предпосылки для развития советского градостроительства. В программах, принятых на съездах партии в 1919 и в 1924 г., намечались пути разрешения проблемы жилья в государстве.

Декрет Совета Народных Комиссаров "О снятии памятников, воздвигнутых в честь царей и их слуг, и выработке проектов памятников Российской социалистической революции", опубликованный 14 апреля 1918 г., - Ленинский план монументальной пропаганды - предложил архитекторам, художникам, деятелям театра, кино и музыки значительные темы для создания произведений агитационного искусства. Известный декрет Совнаркома "О регистрации, приеме на учет и сохранении памятников искусства и старины, находящихся во владении частных лиц, обществ и учреждений" (5 октября 1918 г.) закрепил уже начатые работы по охране памятников архитектуры, которые велись буквально с первых дней революции.

Октябрьская революция отметала старое, уничтожала чуждое. Вместе с тем новая эпоха вбирает то ценное, что не только зародилось, но и живет в уходящем. Поэтому не раз на страницах работы, посвященной рождению советской архитектуры, мы будем возвращаться к строительной практике и особенно к неосуществленным замыслам выдающихся зодчих предреволюционной России.

Вопрос о связях предреволюционной и советской архитектуры не нов в искусствоведческой литературе5. Однако правильно ответить на него иногда мешали привычные оценки архитектурной жизни последних предреволюционных десятилетий.

Развитие русской архитектуры первых семнадцати лет XX в. чаще всего представлялось по простой схеме: кризис классицизма во второй половине XIX в. заканчивается увлечением ложно трактованными декоративными формами византийской и древнерусской архитектуры, а на рубеже веков на смену им приходит стиль "модерн". Вскоре архитекторы убеждаются в бесперспективности и этого нового стиля. Они ищут возможности обновления архитектуры, обращаясь к безордерным композициям древнерусского зодчества, к памятникам Новгорода, Пскова, реже к архитектуре конца XVII в. Поняв, что и этот путь не мог привести к удачам, архитекторы пытаются возродить формы национальной архитектурной классики конца XVIII - первой трети XIX в. или же возвращаются к мотивам ренессанса.

В архитектуре начала века складываются понятия о художественных направлениях: "модерн", "древнерусское", "неоклассицизм". Однако эта терминология отражала лишь характер архитектурной формы, некоторые стилистические черты. Действительная картина развития градостроительных принципов, новых типов жилых и общественных зданий, вызванных изменением социальной обстановки, было много сложнее.

До недавнего времени, исходя из упрощенной схемы, многие, исследователи противопоставляли "модному, пустому" стилю "модерн" те направления, идеологи которых обращались к национальной архитектурной классике. Нередко обращение к ней безоговорочно признавалось прогрессивным в развитии архитектурных форм, стиля архитектуры начала века. Отвечая на вопрос о судьбах художественных направлений в 1917-1923 гг., искусствовед как будто вправе, в частности, говорить о дальнейшем развитии неоклассицизма, обновленного романтикой революции, хотя здесь он и встречается не с отдельными чертами или тонкими аналогиями, а чаще всего с откровенным повторением конкретных приемов и форм, с общностью стилевых признаков.

Но об этих ли внешних чертах следует говорить, анализируя связи предреволюционной и советской архитектуры? Общеизвестно, что в периоды кризиса общественных формаций развитие нового содержания опережает развитие форм, происходит в старой оболочке. Поэтому не правильнее ли искать то, что скрыто за поверхностью явлений, выявить живые тенденции в развитии градостроительства и типов зданий в предреволюционной русской архитектуре, проследить их судьбы в советской архитектуре первых лет революции? При этом надо отказаться не только от переоценки значения внешних стилевых признаков, но и от встречающегося в искусствоведческой литературе определения русской архитектуры 90-х годов XIX- начала XX в. как только "безыдейной", порожденной временем, когда "окружающая действительность не ставила перед архитекторами больших идейных и художественных проблем"2.

В литературоведении, театроведении и в работах по истории изобразительного искусства такое отношение ко времени последних предреволюционных десятилетий почти преодолено, но в архитектуроведении иногда оно еще продолжает бытовать3. Это объясняется, по-видимому, тем, что многие исследователи 30-х-50-х годов не обращали должного внимания на связи архитектуры той эпохи с конкретными социальными потребностями общества.

Однако архитектурная мысль этого времени по-своему отразила приближение революции. Это ощущается прежде всего в теоретических работах в области архитектуры. Вместо сугубо практических строительных пособий - рекомендаций второй половины XIX в. или блестящих эссе начала XX в. - возник новый вид литературы по архитектуре. В этих изданиях основное внимание уделяется социальным проблемам. Авторы их обращаются к трудам утопистов, современных социологов, к произведениям Маркса и Энгельса.

Понимание величия человека, идеи гражданственности и демократизации жизни объединяют передовых деятелей культуры. Но именно в архитектуре России начала XX в. с наибольшей очевидностью обнаружились сила и бессилие гуманистических устремлений художественной интеллигенции. Канун Октябрьской революции - время мучительного разлада лучших зодчих с действительностью, глубокой гражданской неудовлетворенности, направлявшей их искания. Многие стали зодчими-фантастами. Из их своеобразных утопий было больше путей в будущее, чем из бескрылой практики, отвечавшей только запросам текущего дня. Ожидание революционных перемен мы увидим не только в талантливых проектах-идеях, но и там, где, казалось бы, меньше всего можно его ожидать - в некоторых частично осуществленных проектах новых поселений, городских жилых домов и массовых общественных зданий. Они проектировались для человека-гражданина и поэтому были обращены в будущее. Конечно, передовые идеи не получили здесь полного отражения, ибо строительство требует огромных материальных затрат, и архитектор зависит от консервативных вкусов заказчика, от всей социальной обстановки.

Изучение русской архитектуры первой четверти XX в. позволяет увидеть путь к революции передовой части художественной интеллигенции России. Новое государство использовало опыт прошлого, так как "строить социализм можно только из элементов крупнокапиталистической культуры, и интеллигенция есть такой элемент"4. Переход на сторону Советской власти русских архитекторов совершился через их творческую деятельность. Говоря о таких людях, В. И. Ленин подчеркивал, что необходимо относиться к ним "чрезвычайно осторожно и умело, учась у них и помогая им расширять свой кругозор, исходя из завоеваний и данных соответственной науки, памятуя, что инженер придет к признанию коммунизма не так, как пришел подпольщик-пропагандист, литератор, а через данные своей науки"5. Признание социалистической революции для архитекторов означало прежде всего подчинение творчества задачам строительства нового общества.

Первые оценки архитектурной жизни послереволюционных лет содержатся в докладах, статьях и книгах, написанных в 1919-1925 гг. ведущими советскими архитекторами и инженерами старшего поколения. Современниками наиболее освещено жилищное строительство, которому посвящены книги Г. Бархина, В. Ма-чинского, В. Карповича, статьи Н. Лансере, Н. Марковникова, Б. Вендерова, В. Семенова, Л. Серка, Э. Норверта, И. Фомина и др. В нескольких статьях и книгах А. Щусева, С. Шес-такова, Л. Ильина, М. Рославлева, А. Зазерского рассмотрены проблемы реконструкции Москвы, Петрограда, Ярославля6.

Вполне закономерно, что работы, обобщающие и оценивающие весь архитектурный опыт тех лет, современниками-практиками еще не были написаны. Наиболее широкая трактовка общих вопросов развития архитектуры, рождения советского архитектурного стиля в эти годы содержится в статьях известных искусствоведов и литературоведов 20-х годов: Я. Тугендхольда, П. Когана, Д. Аркина, А. Федорова-Давыдова. Часто говорят об этом в связи с участием СССР на Международной выставке декоративных искусств в Париже. Со страниц "ЛЕФа" звучат слова: "Конструктивизм - высшая формальная инженерия всей жизни". Об архитектуре в связи с проблемами агитационного искусства и "художественной организацией быта", о необходимости "целесообразно конструировать быт" ярко пишет в 1921-1923 гг. Б. Арватов; об архитектуре как о средстве "жизнестроения", об идеологии зодчества говорят А. Ган и К. Зелинский. Наконец, в 1924 г. выходит книга М. Гинзбурга "Стиль и эпоха"- своеобразный манифест раннего архитектурного конструктивизма.

Круг источников для изучения архитектурной жизни 1917-1925 гг. был бы крайне узок, если в него не включить широко известные труды А. Луначарского, В. Керженцева, В. Фриче. Для понимания путей развития архитектуры они зачастую значат больше, чем специальные работы архитекторов и инженеров, во многих случаях представляющие лишь фактологическую ценность.

В конце 20-х - начале 30-х годов, когда теоретики провозгласили, что "эпоха социалистического строительства - есть эпоха синтетически-монументального искусства, конструктивного стиля, гегемонии архитектуры"7, возрос интерес к архитектуре первых послереволюционных лет. Прошло десять лет. И искусствоведы и архитекторы-практики трезво оценивали итоги развития искусства Октябрьской эпохи, размышляя о времени, о взаимосвязи искусств, о месте каждого из них в преобразовании жизни. Архитектура, "меняющая облик земли, перестраивающая быт", "организующая быт, работу, общественную жизнь", как говорил в 1927 г. П. Новицкий8, - вот главное для всех писавших о ней в конце 20-х - начале 30-х годов. Именно с этих позиций оценивалась архитектура первых лет революции на страницах начавшего выходить в 1926 г. журнала "Современная архитектура", а также в трудах по архитектуре жилища М. Гинзбурга и Р. Хигера, в которых дается анализ социальных основ новых типов жилья9.

Другой аспект изучения - анализ путей архитектурной мысли, связанный с поисками новых форм выразительности. В трудах критиков - участников событий - подкупает острота восприятия современников, пишущих о "яростной, почти иступленной эмоциональности" искусства революции, о поисках "архитектурных форм, созвучных революции", и в то же время о "предвзятой литературщине" и мелкобуржуазном духе "символического формализма", неизбежном на этом пути. Позднее бывшие члены ОСА, отстаивая свои позиции середины 20-х годов, считали, что в 1923 г. был "изжит" лозунг "возрождение архитектуры как творчества выразительных форм", несовместимый с переходом к массовому реальному строительству10. Несколько пренебрежительное отношение к "бумажному проектированию" 1917-1925 гг. сменилось в конце 20-х годов правильным пониманием места этого этапа в развитии советской архитектуры; теперь утверждалось, что "именно на бумаге нам удалось изжить целые архитектурные направления", благодаря чему "архитектура оказалась во всеоружии... едва ей представилась первая возможность конструктивного творчества"11.

К пятнадцатилетию Советской власти делается первая попытка привлечь внимание к подлинным документам эпохи - в 1933 г. выходит сборник "Советское искусство за XV лет. Материалы и документация" под редакцией И. Маца, в котором интересна не только публикация некоторых забытых материалов периодической печати по истории архитектуры 1917-1925 гг., но и общая оценка времени их создания. Автор относит эти годы к "самому героическому периоду, периоду огромных напряжений сил... подъему художественной жизни...", давшему "немало положительного и для данного периода, и для дальнейшего роста искусства".

Говоря о публикациях материалов к истории советской архитектуры в 30-х годах, необходимо упомянуть работу Б. Терновца "XV лет советской скульптуры"12, которая объясняет многое в связях архитектуры и скульптуры первых послереволюционных лет. Забегая вперед, необходимо назвать и публикацию Б. Алексеевым некоторых документов Ленинского плана монументальной пропаганды, а также воспоминания скульптора Л. Шервуда и архитектора Н. Виноградова об осуществлении плана в Петрограде и Москве13. Несколько серьезных работ первой половины 30-х годов, в которых рассматривается архитектурная жизнь 1917-1925 гг., связано с именем А. Михайлова. Из них наиболее популярна - "Группировки советской архитектуры", включающая статьи автора, написанные в 1930- 1931 гг., изданная в 1932 г. Однако советская архитектурная теория на раннем этапе ее развития освещается автором крайне субъективно, а в полемике, ведущейся с позиций Всесоюзного объединения пролетарских архитекторов (ВОПРА), односторонне представлено архитектурное творчество. Значительнее для будущих исследователей советской архитектуры оказалась менее известная статья того же автора "Творческие вопросы советской архитектуры", опубликованная в 1935 г.14 Интересно звучит в ней мысль о связи экономических условий первых лет революции и законов развития- самой архитектуры, результатом чего явилось "стремление упростить все", которое шло не только от требований экономики, но и от самой природы архитектуры. Справедлив и вывод автора о том, что к 1922 г. в архитектуре "создался тип рабочего клуба и дома культуры, наметился жилищный комплекс" и возникли предпосылки дальнейшего успешного развития архитектуры,- это обстоятельство не хотели замечать исследователи спустя десять лет, в конце 40-х - начале 50-х годов.

Не только теоретикам, но и большинству выдающихся архитекторов-практиков середины 30-х годов классическое наследие представлялось единственным источником развития современной архитектуры, верным средством преодоления кризиса конструктивизма, ясно ощущавшегося ими. Искренне увлеченные мировым и отечественным архитектурным наследием, они даже не стремились трезво оценить свое творчество до 1934 г. Они отрекались от всего, созданного ими в первые пятнадцать лет истории Советского государства, и беспощадно иронизировали над тем, что им было дорого еще совсем недавно. Это отразилось в докладе об основных этапах развития советской архитектуры, подготовленном к I Всесоюзному съезду архитекторов в 1937 г.15

В это время лишь в немногих работах, посвященных частным проблемам истории советской архитектуры, более объективно освещался опыт архитектуры 1917-1925 гг. Это статьи Л. Ильина о "страницах ленинградской революционной архитектуры"16, некоторые творческие портреты мастеров советской архитектуры, помещенные в журналах 1937-1941 гг.

В дальнейшем архитектура первых лет революции была в течение длительного времени почти забыта. Однако в конце 40-х - начале 50-х годов появлялись труды, в которых содержалось немало фактов архитектурной жизни послеоктябрьского восьмилетия. Среди них - "Летопись советской архитектуры", составленная Н. Колли и опубликованная к 30-летию Октябрьской революции17, диссертация М. Неймана о Ленинском плане монументальной пропаганды18, книга Ю. Шасса о поселковом жилищном строительстве19. Отдельным проблемам и сооружениям периода 1917-1925 гг. были посвящены диссертации, 6 которых исследовались принципы построения первого советского выставочного ансамбля20, архитектурные конкурсы 1919 г. на проекты первых крематориев21, анализировался генеральный план реконструкции центра Москвы 1918-1923 гг.22

Неизвестные изобразительные материалы из истории советского монументального искусства опубликовал В. Толстой23.

Особое место занимают известные монографии о мастерах советской архитектуры, изданные в 1947-1953 гг., в которых содержится фактический материал о творчестве А. Щусева, И. Фомина, И. Жолтовского в первые послереволюционные годы24. В них, как и в вышедшей в 1953 г. книге М. Цапенко "О реалистических основах советской архитектуры", объективная оценка первого периода истории советского зодчества была принесена в жертву пресловутой схеме, по которой в послеоктябрьском пятнадцатилетии признавалось прогрессивным лишь направление, наследовавшее формы классического зодчества. К формалистическому направлению без попыток дифференциации были отнесены ранний конструктивизм, деятельность АСНОВА и ОСА. Этой же односторонностью оценок грешат некоторые диссертации, защищенные в конце 40-х - начале 50-х годов, в которых говорится об общих проблемах развития советской архитектуры.

В наши дни ранний период истории советской архитектуры все более привлекает внимание исследователей. Это понятно, так как многие идеи и архитектурные замыслы, родившиеся в те годы, послужили истоками для всего последующего развития советской архитектуры. Однако еще до последнего времени в области истории и теории архитектуры не до конца преодолено крайне узкое понимание проблемы наследия. Опыт развития советской архитектуры первых двадцати лет, тем более период 1917-1925 гг., исследуется недостаточно.

За последние годы вышло лишь несколько. работ, в которых частично освещается история советской архитектуры первых лет революции. Это монографии о братьях Весниных25 и о Л. Рудневе26, автомонография А. Гегелло, где анализируется творческий процесс проектирования одного из первых советских жилых ансамблей и одного из первых рабочих клубов27. Появились статьи, в которых дана объективная оценка деятельности в середине 20-х - начале 30-х годов таких интересных мастеров, как М. Гинзбург, И. Леонидов, Л. Лисицкий, А. Никольский, К. Мельников28.

Новые исследования о плане монументальной пропаганды опубликованы арх. А. Стригалевьм29. Отдельные вопросы градостроительства первых лет революции рассмотрены в ряде журнальных публикаций М. Астафьевой30.

В последние годы выходили труды, в которых было стремление обобщить опыт послереволюционной советской архитектуры. В 1957 г. К. Афанасьев, Н. Бачинский, М. Ильин в двух очерках рассматривают искусство архитектуры в ряду других явлений советского искусства на раннем этапе его развития. Этими авторами был сделан первый опыт систематизации наиболее известных произведений и некоторых материалов истории советской архитектуры31. В конце 1962 г. вышла "История советской архитектуры", написанная коллективом авторов в Институте теории и истории архитектуры Академии строительства и архитектуры СССР32. В этом труде представлено типологическое развитие отдельных отраслей советской архитектуры. Признавая правомерность такого аспекта рассмотрения истории советской архитектуры, необходимо отметить, что значение этого первого полного труда по истории советской архитектуры во многом снижается из-за отсутствия раздела, объективно освещающего развитие архитектурной теории и борьбу направлений в советской архитектуре 20-х - 30-х годов.

Очень краткий очерк во II томе "Всеобщей истории архитектуры", вышедшей в 1963 г., весьма противоречиво оценивает советскую архитектуру послеоктябрьского пятнадцатилетия, что свойственно предыдущему этапу советского архитектуроведения и не изжито до сих пор. Наиболее характерно отношение к конструктивизму. Это сложное явление во многом оценивается положительно. Справедливо указывается на опасность конструктивистского стилизаторства. Тем не менее в книге повторяются некоторые незаслуженные обвинения в адрес конструктивистов33. Убедительное опровержение этих устаревших оценок содержится в кратком очерке архитектуры СССР 20-х - начала 30-х годов, принадлежащем Н. Соколову, одному из авторов учебного пособия "Архитектура гражданских и промышленных зданий". Отмечая влияние конструктивизма, исходившего "из социальной обусловленности архитектуры" на творчество мастеров второй половины 20-х годов, автор не замалчивает противоречия, присущие теоретическим позициям конструктивистов, например, решению "вопроса об архитектуре как искусстве" и др.34

Как это ни странно, но наиболее серьезный и глубокий анализ развития советской архитектурной теории и практики начала 20-х годов дан в брошюре, обращенной к читателю не профессионалу и посвященной полувековому пути советской архитектуры35. Автор разделов об архитектурной жизни 20-х годов, С. Хан-Магомедов стремился показать прогрессивное в самом процессе становления советской архитектуры, используя интересные неосуществленные ранние архитектурные проекты и замыслы, оказавшие влияние на архитектуру будущего. Он привлекает внимание к творческим поискам первых архитектурных объединений - АСНОВА и ОСА, расширяя круг имен мастеров, стоявших у истоков советской архитектуры. Так на страницах книги появляются несправедливо забытые Н. Ладовский, К. Мельников, И. Леонидов и др., творчество которых еще недавно замалчивалось.

Для дальнейшей работы теоретиков и историков советской архитектуры несомненно важны опубликованные в 1967-1968 гг. статьи И. Маца "Советская эстетическая мысль в 20-е годы"36, В. Полевого "Из истории взглядов на реализм в советском искусствознании 1920-х годов"37, Л. Жадовой "О теории советского дизайна 20-х годов"38, а также ранее вышедшие очерки А. Абрамовой о творчестве В. Татлина39, о ВХУТЕМАСе40 и др.

С 1958 г. в Институте истории искусств Министерства культуры СССР проводится систематический сбор и публикация документов и материалов, а также отдельных статей по истории советской архитектуры первых послереволюционных лет41. Институт рассматривает все эти исследования как подготовительный этап для создания в дальнейшем полной истории советского зодчества. К числу таких работ относится предлагаемая книга.

Автор не задавался целью написать исчерпывающую историю советской архитектуры 1917-1925 гг. Главным представлялось выявление путей, которыми шло становление ведущих тенденций развития советской архитектуры. Исследуются наиболее важные стороны архитектурного творчества 20-х годов, не потерявшие значения и в наши дни - поиски новых принципов расселения в социалистическом обществе; первые проекты новых типов массового жилья и общественных сооружений; зарождение нового архитектурного стиля, вызванное социальными преобразованиями России.

В те трудные годы невозможно было реализовать многие замыслы советских архитекторов и инженеров-строителей. Правильное понимание архитектурной жизни тех лет требует изучения не только немногих осуществленных сооружений, но и сохранившихся эскизов, проектов, программ проектирования. Историку архитектуры эти материалы помогут глубже понять деятельность государственных органов и отдельных архитекторов в первые годы революции.

Важным было исследование ранее неизвестных документов и материалов42. При подготовке книги были использованы материалы, хранящиеся в архивах Москвы: Центральном государственном архиве Октябрьской революции и социалистического строительства СССР, Центральном государственном архиве литературы и искусства СССР, Московском областном архиве Октябрьской революции и социалистического строительства, Городском историческом научно-техническом архиве АПУ г. Москвы; Ленинграда: Центральном государственном историческом архиве, Ленинградском областном архиве Октябрьской революции и социалистического строительства; Архиве Академии художеств СССР; Ярославля: Ярославском областном архиве Октябрьской революции и социалистического строительства.

Кроме того, привлечены материалы фондов ряда музеев и учреждений: Музея архитектуры Академии строительства и архитектуры СССР, Государственного музея русской архитектуры им. А. В. Щусева (ныне объединенный - Государственный научно-исследовательский музей архитектуры им. А. В. Щусева), Музея истории и реконструкции города Москвы, Музея истории и реконструкции города Ленинграда, Музея Академии художеств СССР, Союза архитекторов СССР, научного фонда Ленинградского филиала б. Академии строительства и архитектуры СССР.

Наряду с материалами из архивов и музеев использованы публикации периода 1917-1925 гг. в центральной периодической печати (газеты "Правда" и "Известия")43, а также в периферийной периодической печати: "Брянский рабочий" (г. Брянск), "Тверская Правда" (г.Тверь), "Уральский рабочий" (г. Свердловск), "Саратовские известия" (г. Саратов), "Рабочий край" (г. Иваново), "Призыв" (г. Владимир), "Советская Сибирь" (г. Новосибирск), "Нижегородская коммуна" (г. Горький) и др.

Книга посвящена развитию архитектурной мысли в первые послереволюционные годы, истории идей, зародившихся в советской архитектуре на самом раннем этапе. Поэтому не совсем обычен метод исследования, принятый в ней. Чаще всего это не анализ сооружений или архитектурных проектов, а "словесная реконструкция" замыслов, иногда прямые описания утраченных проектов по архивным и литературным источникам, реже - беглые упоминания о второстепенных событиях или фактах. При этом малоизвестным проектам и сооружениям дается относительно подробная характеристика, которая не требуется при рассмотрении хорошо изученных выдающихся произведений архитектуры 1917-1925 гг.

Читателю может показаться, что книга несколько перегружена большим количеством подлинных текстов документов, выдержками из сочинений и высказываний мастеров архитектуры, теоретиков и общественных деятелей, извлечениями из периодической печати начала 20-х годов. Было очевидно, что это затруднит чтение. Но все же не хотелось отказываться от этих живых и самых правдивых свидетельств, наиболее точно передающих дух своего времени. При пересказе документов намеренно сохранена близость к их текстам, так как, думается, представляя эти материалы, следует по мере возможности избегать любой модернизации.

Для общей оценки особенно важно выявить положительное в архитектурной практике той поры. Основное внимание обращено на постройки, проекты и идеи, которые могут быть отнесены к прогрессивным явлениям архитектурной жизни периода 1917-1925 гг. Предметом рассмотрения нередко становились скромные по своим художественным достоинствам работы, если в них заключены зерна будущего развития советской архитектуры. Исследователь советской архитектуры имеет право на такое преимущественное выявление прогрессивных сторон каждого рассматриваемого периода; так и в истории мировой архитектуры основное внимание уделяется тем произведениям, в которых наиболее последовательно выражены ведущие тенденции времени, а не эпигонству, эклектике или занимательной фантастике дилетантов. Не все замыслы советских архитекторов первых лет революции зрелы. Большинство произведений отнюдь не совершенно. При оценке их деятельности необходимо помнить слова В. И. Ленина о том, что "исторические заслуги судятся не по тому, чего не дали исторические деятели сравнительно с современными требованиями, а по тому, что они дали нового сравнительно со своими предшественниками"44.

Время с полной ясностью обнаружило силу архитектурных идей первых лет Октября. Источником их было уважение к человеку-гражданину, благородная ответственность зодчих за судьбы государства и народа. В архитектуре тех лет не устарело главное - ее подлинный гуманизм.

Перечень источников:

  1. 1. См., например, статьи в журнале "Архитектура СССР", опубликованные в 1935-1941 гг.: Н. Кравченко. О творчестве ленинградских архитекторов (1940, № 10); И. Антипов. Русское архитектурное наследство и его развитие в советской архитектуре (1941, № 2); И. Маца. Традиция и новаторство (1941, № 1); В. Лавров. Архитектурно-планировочное наследство Москвы (1935, № 1); Я. Ремпель и Т. Вязниковцева. Эпоха модерна в архитектуре Москвы (1935, № 10-11); Н. Соколова. О стиле и наследии (1935, N° 6); Н. Хомутецкий. Русское зодчество второй половины XIX - начала XX веков и социальная природа советской архитектуры. - "Научные труды ЛИСИ". № 10. М. - Л., 1950. Вернуться в текст
  2. 2. "Советская архитектура", № 13. М., 1961. Вернуться в текст
  3. 3. Однако в 1961-1964 гг. защищены диссертации: В. Ружже. Прогрессивные творческие воззрения архитекторов петербургской школы конца XIX - начала XX вв. (идеи "городов-садов); Е. Кириченко. История развития многоквартирного жилого дома с последней трети XVIII до начала XX в. (Москва, Петербург). См. также: В. Ружже. Генеральный план курорта Ласпи. - "Советская архитектура", № 15, 1963; ее же. Градостроительные взгляды архитектора Л. Венуа. - "Архитектурное наследство", № 7. М., 1955; Е. Кириченко. У истоков проектирования малометражных квартир. - "Советская архитектура". № 16. М., 1964; А. Пунин. Идеи рационализма в русской архитектуре второй половины XIX века. - "Архитектура СССР", № 11, 1962; его же. Черты "рациональной архитектуры в строительной практике Петербурга. - "Строительство и архитектура Ленинграда", 1964, № 2; Е. Борисова и М. Ильин. Архитектура. - "История русского искусства", т. IX. М., 1967; Т. Каждая. Архитектура и архитектурная жизнь России конца XIX - начала XX в. - В кн. "Русская художественная культура конца XIX - начала XX века (1895-1907)". М., 1969. Е. Борисова. Архитектура. - "История русского искусства", т. X. М., 1969; Е. Борисова и Т. Каждая. Русская архитектура конца XIX - начала XX в. М., 1970. Во всех этих трудах есть стремление объективно оценить предреволюционную архитектурную практику. Вернуться в текст
  4. 4. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 37, стр. 221. Вернуться в текст
  5. 5. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 42, стр. 346. Вернуться в текст
  6. 6. Г. Бархин. Рабочий дом и рабочий поселок-сад. М., 1922; его же. Современные рабочие жилища. М., 1925; В. Карпович. Современнное рабочее строительство. М., 1926; Н. Лансере. Примеры проектирования нового жилищного строительства. - "Справочник по жилищному строительству". М., 1925; А. Зазерский. Перепланировка и расширение города Ярославля. - "Коммунальное хозяйство и строительство", 1921, № 1; В. Мачинский. Рабочий поселок. М., 1925; М. Рославлев. О будущем строительстве Петрограда. - "Аргонавты", 1923, № 1; "Старый Петербург" - "Новый Ленинград". Л., 1925; Л. Серк. Типовые проекты жилищ для рабочих. - "Строительная промышленность", 1924, № 8; А. Щусев. Перепланировка Москвы. - "Художественная жизнь", 1919, № 1; его же. Москва будущего. - "Красная нива". 1924, № 17; его же. Проблемы "Новой Москвы". - "Строительная промышленность", 1925, № 3; его же. Архитектура поселков и рабочих городов. - "Справочник по жилищному строительству". М., 1925, и др. Вернуться в текст
  7. 7. "Печать и революция", 1928, кн. 2, стр. 60. Вернуться в текст
  8. 8. Предисловие к книге "Архитектура ВХУТЕМАС". М., 1927. Вернуться в текст
  9. 9. М. Гинзбург. Жилище. М., 1934; Р. Хигер. Проектирование жилищ. М., 1935. Вернуться в текст
  10. 10. Р. Хигер. Заметки об архитектурном движении; после Октября. - "Советская архитектура", 1931, № 3; Р. Хигер. Пути архитектурной мысли. 1917-32. М., 1933. Вернуться в текст
  11. 11. Д. Аранович. Десять лет искусства. - "Красная новь", 1927, № 11. Вернуться в текст
  12. 12. "Искусство", 1933, № 3 и 5. Вернуться в текст
  13. 13. "Искусство", 1939, № 1. Вернуться в текст
  14. 14. "Красная новь", 1935, кн. 2.Вернуться в текст
  15. 15. Н. Колли. Задачи советской архитектуры. Основные этапы развития советской архитектуры (Доклад на I Всесоюзном съезде архитекторов. Редактор - К. Алабян). М., 1937. Вернуться в текст
  16. 16. Л. Ильин. Архитектура Ленинграда за 20 лет. - "Архитектура Ленинграда", 1937, № 1 и др. Вернуться в текст
  17. 17. "Архитектура СССР", № 17-18, 1947.Вернуться в текст
  18. 18. Защищена в МГУ в 1946 г. Вернуться в текст
  19. 19. Ю. Шасс. Архитектура жилого дома. М., 1952. Вернуться в текст
  20. 20. И. Кадина. Архитектура советских сельскохозяйственных выставок. М., 1952. Вернуться в текст
  21. 21. Г. Платонов. Крематорий и его архитектура. Л., 1948. Вернуться в текст
  22. 22. А. Ольхова. Охотный ряд и Манежная площадь. М., 1953. Вернуться в текст
  23. 23. Н. Соколов. Щусев. М., 1952; М. Минкус, Н. Пекарева. Фомин. М., 1953; Г. Ощепков. И. В. Жолтовский. Проекты и постройки. М., 1955. Вернуться в текст
  24. 24. В. Толстой. Советская монументальная живопись. М., 1958. Вернуться в текст
  25. 25. М. Ильин. Веснины. М., 1960. О творчестве бр. Весниных см. также статью А. Чинякова ("Советская архитектура", 1961, № 13). Вернуться в текст
  26. 26. В. Асе, П. Зиновьев и др. Архитектор Руднев. М., 1963. Вернуться в текст
  27. 27. А. Гегелло. Из творческого опыта. Л., 1962. Вернуться в текст
  28. 28. С. Xан-Магомедов. М. Я. Гинзбург. - "Архитектура СССР", 1962, № 10; его же. Иван Леонидов. - "Советская архитектура", № 16, 1964; Н. Харджиев. Эль Лисицкий - конструктор книги. - "Искусство книги. 1958-1960", вып. III. М., 1962; его же. Памяти художника Эль Лисицкого. - "Декоративное искусство", 1961, № 2; Г. Оль. Творчество А. С. Никольского. - "Творческие проблемы архитектуры". Л. - М., 1956; А. Повелихина. Архитектурное движение в Петрограде - Ленинграде в 1920-е годы и мастерская А. С. Никольского. - "Архитектура", № 1. Л., ЛИСИ, 1965; Ю. Герчук. Архитектор Константин Мельников. - "Архитектура СССР", 1966, № 8. Вернуться в текст
  29. 29. А. Стригалев. Ленинские принципы монументальной пропаганды. - "Архитектура СССР". 1962, № 4; его же. Тема монументальной пропаганды в творчестве И. А. Фомина. - "Архитектура СССР", 1968, № 5; его же. У истоков советского монументального искусства. - "Декоративное искусство". 1968, № 4; его же. Первые архитектурные памятники В. И. Ленину. - "Архитектура СССР", 1969, № 4, и др. Вернуться в текст
  30. 30. М. Астафьева. План Большого Ярославля 1918-1923 гг. - "Архитектура СССР", 1969, № 1; ее же. План Москвы инженера Б. Сакулина. 1918 г. - "Наука и жизнь", 1967, № 5. Вернуться в текст
  31. 31. "История русского искусства", т. XI. М., 1957. Вернуться в текст
  32. 32. Авторский коллектив: Н. Былинкин, П. Володин, Я. Корнфельд, А. Михайлов, Ю. Савицкий. Вернуться в текст
  33. 33. "Всеобщая история архитектуры", т. II. М., 1963, стр. 529. Вернуться в текст
  34. 34. "Архитектура гражданских и промышленных зданий. История архитектуры". М., МИСИ, 1962. Вернуться в текст
  35. 35. А. Журавлев, С. Xан - Магомедов. Полвека советской архитектуры. М., "Знание", 1967. Вернуться в текст
  36. 36. В сб. "Из истории советской эстетической мысли". М., 1967. Вернуться в текст
  37. 37. Там же. Вернуться в текст
  38. 38. В сб. "Вопросы технической эстетики", вып. 1. М., 1968. Вернуться в текст
  39. 39. "Декоративное искусство", 1964, № 4. Вернуться в текст
  40. 40. "Декоративное искусство", 1965, № 9. Вернуться в текст
  41. 41. В 1962-1963 гг. в сборниках "Вопросы современной архитектуры", № 1 и 2, были опубликованы статьи: И. Мариенбах. Ленин и первые градостроительные мероприятия советской власти; Г. Любимова. Поиски новых типов жилища в советской архитектуре 20-х годов; В. Хазанова. К истории советской архитектуры первых послереволюционных лет; ее же. Некоторые вопросы синтеза искусств в советской архитектуре первых послереволюционных лет. В конце 1963 г. вышел из печати первый выпуск издания "Из истории советской архитектуры". Документы и материалы. 1917-1925 гг. (ответственный редактор - К. Афанасьев, составитель - В. Хазанова). В настоящее время в Институте ведется работа над последующими выпусками этой серии, посвященными советской архитектуре 1926-1932 гг. (ответственный редактор - К. Афанасьев, составитель - В. Хазанова). В работе над выпусками участвуют научные сотрудники института и Гос. научно-исследовательского музея архитектуры имени А. В. Щусева. См. "Из истории советской архитектуры. 1926-1932 гг. Творческие объединения". М., 1970. Вернуться в текст
  42. 42. О плохой сохранности материалов, связанных с историей советской архитектуры периода 1917-1925 гг., писали авторы первых больших работ по истории советского искусства ("Советское искусство за 15 лет". М" 1933, и др.). Вернуться в текст
  43. 43. Публикации из газет "Правда" и "Известия" были собраны при подготовке указанного издания "Из истории советской архитектуры. 1917-1925 гг." научным сотрудником Института истории искусств М. Каганович. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 2, стр. 178. Вернуться в текст
  44. 44. Каганович. В. И. Ленин. Поли. собр. соч., т. 2, стр. 178. Вернуться в текст

К началу страницы
Содержание    Архитектурная мысль начала 20-х годов